Кауфман А.А. - Сложные формы общинного землевладения в Сибири по новейшим местным исследованиям 1887-1892 гг. (1892)

первыхъ числахъ • августа 1888 года, въ продолженіи девяти дней, приговоры о волостныхъ передѣлахъ состоялись въ всѣхъ во гостяхъ южной части Туринскаго округа, кромѣ Туринской1). Приговоры эти состоялись однако не безъ сопротивленія со стороны болѣе или менѣе значительной части крестьянства: не говоря уже о селеніяхъ, лучше другихъ обезпеченныхъ землею, благодаря малому приросту населенія или другимъ случайнымъ обстоятельствамъ, сопротивленіе это—особенно въ трехъ юго-восточныхъволостяхъ— исходило отъ обществъ и крестьянъ, владѣющихъ значительнымъ количествомъ „новинныхъ*, расчищенныхъ вновь пашенъ, которыя по установившейся традиціи волостныхъ передѣловъ подлежали бы зачисленію въ счетъ передѣляемой пашни безъ всякаго вниманія къ праву затраченнаго труда. Въ Туринской волости противники волостного передѣла опять взяли верхъ, и приговоръ о передѣлѣ не состоялся. Очень сильно было сопротивленіе приговору и въ двухъ сосѣднихъ съ нею волостяхъ—Коркинской и Пушкаревской: въ Пушкаревской волости одно общество—Лииовское— протестовало противъ приговора объ общемъ передѣлѣ и отказалось выбрать отъ себя уполномоченныхъ; соединенный сходъ остальныхъ селеній „оставилъ безъ уваженія* этотъ протестъ, и на случай, если бы липовскіе крестьяне остались при своемъ отказѣ выбрать 9 Любопытно, что формулировка всѣхъ этихъ приговоровъ, составленныхъ, очевидно, одной рукой, крайне неясна п даетъ поводъ совершенно неправильно понимать смыслъ „раздѣла4, о которомъ идетъ рѣчь: во всѣхъ приговорахъ постановляется „уравняться землей во всю волость, а именно: привести въ извѣстность всю землю, находящуюся въ нашемъ пользованіи, какъ удобную, такъ и пеудобную, и полюбовно, по общему нашему согласію, раздѣлиться поселенно, т. е. провести границы между селеніями, обозначивъ оныя ямами, столбами и другими межевыми знаками съ занесеніемъ въ книги, представивъ приговоры о семъ на утвержденіе подлежащаго начальства. Что же касается до приведенія земли въ извѣстность и до измѣренія ея, то мы должны измѣрять ее въ натурѣ обыкновеннымъ способомъ, выбравъ для этой цѣли Особыхъ довѣренныхъ лицъ или, какъ они у нйсъ называются, восьмяковъ4.

Постановленіе это, не установляющее никакого срока дѣйствія передѣла, говорящее о „межевыхъ знакахъ4, по своему буквальному смыслу позволяло предполагать, что рѣчь идетъ о размежеваніи на вѣчныя времена, чего ни крестьянскій чиновникъ, ни крестьяне совершенно не имѣли въ виду; въ дѣйствительности волостные передѣлы и не сопровождались постановкой какихъ либо „межевыхъ знаковъ4. Digitized by