Липский В.И. - По горным областям русского Туркестана (Тянь-Шаня) (1906)

Послѣ краткой остановки мы все время продолжали путь по берегу р. Таръ. Горы совершенно понизились, мѣстность имѣла высохшій не особенно веселый характеръ; жара стояла значительная. Долина расширилась, имѣя характеръ рѣчной террасы. Вскорѣ по ней совершенно прекратилась древесная растительность и долина стала пустынной. Въ особенности когда мы переѣхали по мосту на правый берегъ р. Таръ. Тутъ мѣстами была прямо полынная ровная степь съ примѣсью Centaurea squarrosa W., Lasiagrostis Caragana Trin., остатками какого то Eremurus, Andropogon Ischaemum L., мѣстами попадались заросли Perovskia, Aegilops, Cousinia, Bromus, Papaver и др. По такой мало интересной и пустынной мѣстности мы ѣхали очень долго, почти до вечера. Лишь къ вечеру доѣхали до киргизскихъ зимовокъ, недалеко сліянія Тара съ Кара-Кульджей, имѣвшихъ собственно характеръ селеній (хотя жителей почти совсѣмъ не было), съ полями, огородами, украшенныхъ тополями и т. д. Вечеромъ мы совершили очень продолжительную переправу черезъ широкую Кара-Кульджу, а затѣмъ все время до поздней ночи, не безъ приключеній, мы продолжали ѣхать, стараясь добраться до ближайшаго селенія Узгёнъ. Узгёнъ — это обширное селеніе, скорѣе городокъ, съ многими лавками, лежитъ на высотѣ 3776 фут., въ характерной сухой лёссовой мѣстности. Я остановился у волостного Асамбая Хакимъ-Ходжа-Ишанова, прекрасно говорящаго порусски, украшеннаго русскими орденами и участвовавшаго въ русскихъ средне-азіатскихъ экспедиціяхъ. Вмѣстѣ съ нимъ я сдѣлала экскурсію по Узгену и между прочимъ осматривалъ мѣстныя мусульманскія древности, изъ.которыхъ волостной составилъ даже нѣчто въ родѣ музея. Между прочимъ здѣсь къ большому моему удовольствію я нашелъ уже зрѣлый виноградъ, дыни и т. д. Затѣмъ я досталъ открытый листъ для возвращенія Де-кона въ Нарывъ, распрощался съ нимъ и выѣхалъ въ Андижанъ на арбѣ (1 августа). Я не буду описывать этотъ довольно утомительный и мало интересный путь по типичной лессовой пыльной равнинѣ, съ характернымъ пыльнымъ туманомъ и „отсутствіемъ“ горизонта. Въ Андижанъ я пріѣхалъ на слѣдующій день (2 августа), (228) Digitized by