Русинов В.В. - Водоземельные отношения и община у туркмен (1918)

памятники сельджукидской культуры и владычества въ оазисѣ. Въ царствованіе Санджара Мервъ былъ разгромленъ турками-гузами, а черезъ нѣкоторое время, именно въ 1172 году, имъ овладѣла вновь образовавшаяся династія и государство Хорезмъ-шаховъ, покорившая почти весь Туркестанъ и Персію (Династія Хорезмъ шаховъ была образована намѣстникомъ Сельджукидовъ въ Хорезмѣ Хивѣ). Разстроенная погромомъ турокъ-гузовъ хозяйственная жизнь Мургабской долины при Хооезмшахахь начала вновь входить въ нормальное русло, а Мервъ~возродился, какъ культурный центръ богатаго земледѣльческаго района: «количество населенія его соперничало съ каплями весенняго дождя, а земля соревновала съ небомъ",—говоритъ одинъ изъ современниковъ При Хорезмъ-шахахъ Мервъ сталъ, повидимому, и нѣкоторымъ центромъ умственной жизни Туркестана, если не всей передней Азіи. Онъ славился, напримѣръ, въ это время своими биб ліотеками. Но періодъ спокойной мирной жизни продолжался опять таки недолго. Въ началѣ 1221 года въ оазисѣ появились монгольскія полчища подъ предводительствомъ сына Чингизъ-хана Тулуя, которыми Мервъ быль разрушенъ до основанія. Насколько великъ былъ Мервъ того времени можно судить потому, что монголами, по словамъ историковъ, было перебито въ немъ отъ 700,000 до 1,300,000 жителей. Если даже предположить, что въ эту цифру входятъ и жители, сбѣжавшіеся на защиту города со всего оазиса или искавшіе въ мемъ защиты, то и то эта цифра колоссальна. Каково же было все населеніе оазиса? Теперь во всей Закаспійской области едва едва насчитывается половина того числа жителей, которые погибли во время погрома Тулуя. Въ свѣтѣ этого сопоставленія не покажется ми эомъ преданіе, что кошка могла по крышамъ зданій перебѣгать съ Мургаба до Аму. Такая плотность населенія возможна только при весьма и весьма хорошо оборудованной системѣ орошенія и при высокой, интенсивной формѣ земледѣльческаго хозяйства, такъ какъ скученность населенія въ эту эпоху нельзя объяснить существованіемъ развитой городской жизни съ преобладаніемъ промысловъ и вообще неземледѣльческихъ занятій. Конечно, легенда гиперболична, какъ и всякая легенда, но несомнѣнно, что за гиперболой скрывается подлинное и вѣрное изображеніе дѣйствительности.

Отъ нашествія Чингизъ хана и произведеннаго монголами опустошенія Мервъ съ оазисомъ не могъ оправиться и совершенно захирѣлъ почти на два столѣтія. Объ этомъ періодѣ почти нѣтъ никакихъ историческихъ данныхъ и надо полагать, что Мургабская долина въ эту пору представляла изъ себя сплошную пустыню, такъ какъ только въ 1409 г., уже при Тамерланѣ была возстановлена Султанбентская плотина, приведена въ порядокъ оросительная система оазиса и возстановленъ Мервъ, какъ городъ. Мервъ вскорѣ снова разросся и при наслѣдникахъ Тамерлана иногда служилъ послѣднимъ, какъ зимняя резиденція. Тимуриды заботились о культурномъ развитіи, какъ всей своей страны, такъ въ частности и Мургабской долины. Возстановивъ Султанбентскую плотину и давъ, такимъ образомъ, жителямъ возможность вернуться къ своему прежнему занятію. Тимуриды обратили вниманіе кромѣ того и на земли до того лежавшія втуне, никѣмъ необрабатываемыя и неорошаемыя, а именно на верховья Мургаба. на нынѣшній Пендинскій оазисъ. При нихъ здѣсь дѣло орошенія было и расширено и улучшено; напримѣръ, по приказанію Тимура его военачальниками было выведено изъ Мургаба около 20 оросительныхъ каналовъ. Къ этому времени относится первое опианіе Султанбенгской плотины, названной въ честь султана Санджара. но построенной на много лѣтъ раньше, по всей вѣроятности, при пассанидахъ. У плотины ширина канала была около 7 саж., а глу-