Кауфман А.А. - К вопросу о происхождении русской земельной общины (1907)

Параллельно съ этимъ идутъ и другія ограниченія первобытнаго захвата. Это, мы знаемъ, былъ именно захватъ-, если, можетъ быть, онъ и имѣлъ, какъ на этомъ настаиваетъ К. Р. Качоровскій, трудовые корни, то на практикѣ онъ имѣлъ силу и независимо отъ дѣйствительной затраты труда. Постепенно отсѣкаются эти чисто-захватные элементы: установляются, постепенно сокращаются и въ концѣ-концовъ исчезаютъ сроки исключительнаго владѣнія «чертежами» и исключительнаго пользованія залежью,— въ концѣ концовъ остается чистое трудовое право на обрабатываемую землю, возникающее съ моментомъ первой затраты труда Ha* обработку и прекращающееся съ ея прекращеніемъ; первобытный захватъ переходитъ этимъ способомъ въ ограниченный захватъ, при которомъ, напримѣръ, пашня, разъ она брошена кѣмъ-либо въ залежь, можетъ быть вновь распахана всякимъ другимъ, и только чисто хозяйственныя соображенія ведутъ на практикѣ къ тому, что выпаханная и потому брошенная пашня ранѣе истеченія нѣсколькихъ лѣтъ не захватывается и не распахивается никѣмъ другимъ. На нѣкоторое время маломощная масса населенія успокаивается на этомъ: она получаетъ возможность расширять свое пользованіе за счетъ обширныхъ пространствъ «чертежей» и отдохнувшихъ залежей, и этого-запаса хватаетъ на болѣе или менѣе продолжительное время. Но, такъ или иначе, населеніе продолжаетъ расти; такъ или иначе, «утѣсненіе» обостряется сильнѣе и сильнѣе: конечно—это надо всемѣрно подчеркивать—сибирское, относительное утѣсненіе, которое было бы такимъ же широкимъ просторомъ для средне-русскаго трехпольнаго крестьянина, какимъ средне-русское «малоземелье» показалось бы, напримѣръ, вестфальскому или бельгійскому земледѣльцу. Мало-пО-малу оказываются занятыми и распаханными и всѣ сколько-нибудь отдохнувшія залежи— свободными отъ трудового пользованія остаются либо мало привлекательныя, по плохой почвѣ или по трудности расчистки, «пустыя» земли, либо залежи, еще не успѣвшія отдохнуть. Начинаются споры и столкновенія изъ-за распашки залежей, за разрѣшеніемъ споровъ начинаютъ обращаться къ «обществу», «міру», къ «старикамъ», и въ результатѣ появляются отводы. Это, сначала, простая санкція трудового захвата, простое засвидѣтельствованіе захватнаго права или разрѣшеніе возникшаго спора: начавшій пахать извѣстное «польцб» проситъ отвода, чтобы устранить уже заявленныя или могущія возникнуть притязанія другихъ на то же « польцо».

Но разъ ставъ на этотъ путь, эволюція на немъ не останавливается; проявляющіяся въ первыхъ отводахъ функціи «общества», какъ нотаріуса, частью судьи, постепенно становятся функціями распоряженія землею, изъ практики отводовъ постепенно вырабатываются отводы-отрѣзки. Разъ больше не осталось свободныхъ земель, которыя стоило бы распахивать, вниманіе тѣхъ Ивановъ, Петровъ и Сидоровъ, у которыхъ занято и распахано особенно мало, или которые по той или иной причинѣ вовсе не имѣютъ запашки, обращается на тѣхъ Сидоровъ, Петровъ и Ивановъ, у. Digitized by