Кауфман А.А. - К вопросу о происхождении русской земельной общины (1907)

земли использовать для водворенія переселенцевъ или для какихъ-нибудь [другихъ государственныхъ цѣлей: какъ бы ни были широки нормы, по ^которымъ опредѣлялось количество зеили, оставлявшееся въ распоряженіи ^мѣстнаго населенія,—по сравненію съ прежнимъ, безграничнымъ просто- •ромъ оно представляло собой уже болѣе или менѣе рѣзко выраженное ■«утѣсненіе». і Но при такомъ положеніи дѣлъ неограниченно-свободный захватъ, попрежнему выгодный для наиболѣе сильныхъ элементовъ крестьянства, начинаетъ становиться стѣснительнымъ для другихъ: наступаетъ такой моментъ, когда если не вся земля, то во всякомъ случаѣ—вся лучшая по качеству и наиболѣе доступная для обращенія подъ культуру, оказывает- ; ся, такъ или иначе, захваченною въ «занятія» болѣе состоятельныхъ дворовъ, и какъ приросту населенія, такъ и тѣмъ дворамъ, которые црчему- ’ либо начинаютъ испытывать потребность въ расширеніи своихъ запашекъ, оказывается уже неоткуда взять подходящей для этого земли: все занято, ■ осталось одно только «неудобіе»—земля съ плохою почвою или покрытая лѣсомъ, требующимъ слишкомъ много труда для разработки въ угодья, И вотъ начинаетъ формироваться новое обычное право—шагъ за шагомъ входятъ въ обычай тѣ или другія, все болѣе и болѣе ощутительныя ограниченія первобытной свободной заимки угодій; входя въ систему и и постепенно налагаясь, такъ сказать, одно на другое, они постепенно приводятъ къ все болѣе и болѣе ясно выраженнымъ, все болѣе и болѣе выработаннымъ формамъ уравнительнаго землепользованія. Однимъ изъ первыхъ симптомовъ этой эволюціи является борьба селъ и деревень съ остающеюся въ нихъ, по большей части, бѣднотою, противъ заимокъ и хуторовъ—явленіе, повсемѣстно наблюдаемое на данной ’ стадіи эволюціи, но особенно рѣзко проявлявшееся у кубанскихъ казаковъ.

Въ 70-хъ и 80-хъ годахъ эта борьба составляла у нихъ, повидимому, главное ' «одержаніе и во всякомъ случаѣ — наиболѣе рѣзко бросавшееся въ глаза ’ явленіе въ области земельныхъ отношеній: загороженныя при заимкахъ поскотины занимаютъ обширныя пространства земли—ихъ, въ концѣ-концовъ, ломаютъ и заставляютъ ихъ владѣльцевъ подчиняться общимъ ! для всѣхъ, никого не стѣсняющимъ порядкамъ выпаса скота въ деревенской поскотинѣ и на другихъ пространствахъ, предназначаемыхъ «обще- , стволъ» для выпаса скота; заимщики уклоняются отъ участія въ дере- ;■ венскихъ натуральныхъ повинностяхъ — ихъ заставляютъ бросать заимки • и переѣзжать на жительство въ деревни; прежнее запрещеніе «цодпахи- ‘ ваться» къ заимкѣ постепенно исчезаетъ, и волостные суды начинаютъ исходить и въ этомъ случаѣ изъ принципа «сохѣ препятствовать нельзя». ■ Въ концѣ-концовъ заимка исчезаетъ, какъ форма землепользованія, и : остается только какъ способъ разселенія, какъ простой пріемъ веденія і хозяйства: она остается жилищемъ и помѣщеніемъ для скота, которое, по і соображеніямъ хозяйственнаго удобства, используется владѣльцемъ въ те- ■ ченіе той или другой части лѣтняго періода. і з*