Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

хлѣбовъ, сказать по правдѣ, мѣста не стоятъ здѣшнихъ, да большія удобства для промысла, для пчелы"; а на Удѣ „шибко хорошо" для скотоводства, да и на рыбѣ можно заработать. Однако, что же гонитъ амурскихъ старовѣровъ съ насиженныхъ ими мѣстъ? Говорить о тѣснотѣ, недостаткѣ земли, было бы смѣшно; сами старовѣру соглашаются, что „пашня есть, покоса сколько угодно, лѣсъ есть, все есть", хотя и говорятъ о разныхъ признакахъ надвигающагося „утѣсненія": „прежде, бывало, не пасли скота, вольно было; а теперь нагнали россійскихъ, пасти скотину доводится". Сократились, правда, и заработки на пріискахъ, но все же условія оплаты труда, а особенно—сбыта продуктовъ, и до сихъ поръ въ высшей степени благопріятны; поистощились, правда, запасы промысловаго звѣря, но и сейчасъ козули такъ и скачутъ по лѣсамъ и горамъ, и хорошій охотникъ все еще избиваетъ за зиму десятки головъ крупнаго звѣря. Если поэтому старовѣры говорятъ о наступившемъ „многолюдствѣ", заставляющемъ ихъ искать „новыхъ мѣстовъ", то это, конечно, не то многолюдство, связанное съ недостаткомъ земли, съ земельною тѣснотою, которое гонитъ переселенца изъ Европейской Россіи или изъ Западной Сибири. Амурскій старовѣръ уходитъ отъ надвигающагося на него „міра", отъ общенія съ иновѣрцами,—онъ ищетъ уединенія и возможности спокойно жить „по старинѣ". Куда онъ пойдетъ, этотъ вѣчный странникъ, куда онъ дѣнется въ томъ близкомъ будущемъ, когда „міръ" придвинется къ самому Тихому океану и проберется въ дикія нынѣ дебри Амурскихъ и Уссурійскихъ „хребтовъ"?.. Вся надежда для старовѣровъ въ томъ, что цѣною упорнаго труда и неослабной борьбы съ суровою природой имъ удастся устроиться на такихъ глухихъ окраинахъ, куда „міръ" не послѣдуетъ за ними,—окраинахъ, которыя по Digitized by