Кауфман А.А. - По новым местам (очерки и путевые заметки 1901-1903. По Амуру и Приамурью. В уссурийском крае. В арало-каспийской степи) (1905)

въ окно рубки, и не могу свести глазъ съ величественной картины береговъ этой рѣки,—картины, вызывающей представленіе о берегахъ Рейна или верхней Роны, какими они были, приблизительно, во времена Юлія Цезаря или переселенія народовъ. Русло Шилки, а затѣмъ—и верхняго Амура, прорыто къ непрерывной горной странѣ. Лѣвый берегъ падаетъ въ воду обнаженными, мѣстами почти отвѣсными утесами, по которымъ лишь кое-гдѣ лѣпятся чахлыя березы или лиственницы; правый берегъ немного отложе, и лѣсъ на немъ какъ будто гуще. Мѣстами къ рѣкѣ выходятъ „пади“,—горныя лощины, позволяющія заглянуть нѣсколько вглубь страны,—и тогда вы видите поодаль другія гряды невысокихъ горъ, тоже поросшихъ то лиственницей, то березою. Кое-гдѣ, изрѣдка, утесы и каменистыя горы отступаютъ отъ русла рѣки, оставляя неширокую полосу прирѣчной долины; въ такихъ мѣстахъ располагаются немногочисленныя крестьянскія селенія и казачьи поселки верхняго Приамурья, и пашни ихъ то тянутся узкою полосою по прирѣчной равнинѣ, то всползаютъ въ гору, выбирая для себя отлогіе, покрытые болѣе глубокимъ почвеннымъ слоемъ, горные склоны. Береза и лиственница окаймляютъ берега Амура почти до самаго Благовѣщенска; только незадолго передъ Благовѣщенскомъ они уступаютъ мѣсто дубу и коряво-раскидистой черной березѣ, типичнымъ для всего средняго теченія Амура. Самые берега, начиная, приблизительно, отъ сліянія Шилки съ Аргунью, постепенно понижаются, особенно на правой, китайской сторонѣ, и обнаженные утесы уступаютъ мѣсто пологимъ склонамъ. Но мѣстами и здѣсь встрѣчаются картины, которыя такъ и просятся на полотно: таковъ, напримѣръ, Кумарскій утесъ, падающій въ воду совершенно отвѣсною каменною стѣною, съ какимп-то высту-