Результаты и второй англо-афганской войны были крайне печальны. Англия по отношению к Афганистану не достигла каких-либо удовлетворительных результатов, несмотря на обилие принесенных человеческих жертв и миллионы потраченных рупий. Но повторяю, вторая война по своим целям скорее относится к первому периоду. Характерной же особенностью второго периода является систематическое стремление Англии приостановить наше наступательное движение в Азии. Для этого были все средства хороши. Типичными были: придирки ко всякому нашему боевому успеху, улавливание нас в дипломатической фальши и в данных обещаниях, создание рубежей, как преград для дальнейшего движения, устройство многочисленных разграничительных комиссий с непременным участием в них англичан, хотя дело касалось лишь нас и Афганистана, систематическая травля России в печати, и не одной только английской, усиленные рекогносцерство и шпионаж [У М. А. Терентьева приведены интересные примеры этих рекогносцировок и шпионажа, а также типы агентов. См. М. А. Терентьев. “История завоевания Средней Азии”, СПб., 1906. Том 1, стр. 118-120, 382; том Ш, стр. 139-142, 249.] и т. п. Второй период тянулся тридцать лет и его внешняя картина была такова: Россия победоносно шла вперед, расширяла и укрепляла свои позиции оружием, имея много разумных и реальных причин для таковой активной политики; Англия, видя в каждом шаге России посягательство на Индию, нервничала и боролась средствами дипломатии, деньгами и интригой. Подробности этой борьбы вы найдете в любой из английских книг, посвященных отношениям Англии и России в Средней Азии [Наиболее свежие и обстоятельные: Вгисе, Тпе Еогуаг@ РоПсу ап $ Кези5; Сыто!е, Трве Миа@фе ВЕаз!ето ОпезПоп; труды Керзона; Но@с!. Тпе т@ап Вог@епПапа; Глап5йе!, Киз51а 10 Сепга] Азва. Старый труд Робертса, Еог!у-опе У еаг5 11 @а, 5Кпше апа Коз5, Тпе Неаг{ оГ Ама. Ла1е А. С. Епе1ап{4 ап{ Кизяа Расе 10 РЕасе.]. Для меня довольно будет указать только наиболее крупные факты этого периода. Наши первые шаги в Средней Азии после перехода нами реки Сыр-Дарьи, взятие, например, Чимкента, вызвали в Англии тревогу и запрос британского правительства. Русское — в лице министра иностранных деёл, князя Горчакова — с места в этих ответах (а такими ответами переполнен весь период) взяло тон уклончивый, чисто дипломатический, оправдывающийся, что было недостойно России, по существу бесполезно и ненужно, а для Азии неумно. Чего можно было тогда опасаться со стороны Англии? Немногого. В Индии она ещеё так недавно овладела Пенджабом, т. е. только что подошла к среднему Инду, на севере она далеко еще не достигла Гиндукуша, поэтому Россия того времени в Азии была для британцев неуязвима, вполне гарантирована от непосредственных ударов Англии. Кого она могла поднять против нас? Никого. Персия была слишком для нас слабый соперник. В Афганистане Шир-Али-Шах тщетно старался укрепить свою власть и наладить хотя бы видимость порядка. Других наемников для боевых ударов не было. Конечно, Англия могла создать нам затруднения в Европе что-то вроде второй Крымской войны, но для этого с нашей стороны было достаточно не создавать европейских поводов, что было не так уже трудно. Что же до наших среднеазиатских успехов, то они Европу не интересовали и были предметом тревог и зависти только для Азии. Наше министерство иностранных дел, видимо, упустило из вида эту большую и реальную данную и стало на дорогу самооправданий, подтасовок и объяснений. Передам наиболее крупные факты борьбы во втором периоде. По поводу взятия Чимкента и Туркестана [Разумеется, город.] Горчаков дал пояснение, что оно вызвано грабительским и предательским характером кочевников, живущих на границе России, что последняя достигла теперь нужных ей пределов, войдя в соприкосновение с более солидными и крупными государствами; “последние с