англо-афганская война много повредила англичанам, понизила их престиж [К такому, приблизительно, выводу пришел и Кауе, лучший историк первой англо-афганской войны. Он говорит в своем заключении: “АНег ап епогтоп5 ууа о Ы00й апа Пеавиге, уе 1е еуегу 'Ю\уп апа уШаее оЁ АТебат ап Бп$те уу опг епепте$”; или: “Тп ШNoет р1асе (вместо прежнего почета в Афганистане) уе 1е саШтпе тетотнеб оЁ Ше ргортез5 оЁ а йезо1айпр; агту”; или: “ТБеге ууа 5сагсе1у а 8атиу ш @е соппну ууй1сЬ Бай поё Noе Б100й оЁ Ктагей 10 теуепое проп е ассигвей РеппейПее5. ТПе йоог о5 гесопсИайпоп зеетед 10 Бе с1о05ей араш5! и5...” и т. д. На5югу оЁ е ууаг п АТебат ‘(ап, Бу Лоба \УППат Кауе, Гопоп, 1890, уо!. Ш, стр. 399.], и только наша небрежность и отсутствие в нужную минуту политического чутья дали возможность Англии поправиться и уже не войной, а другими средствами поддержать колебавшийся авторитет страны-владычицы. Что делаем мы в это время? Мы передаем Герат Персии, хотя ненадолго, затем сами идем на Хиву. Оба этих акта не были ни планомерными, ни серьезными. Все же в это время нам уже стало ясно, что если не мы, то, по крайней мере, англичане придают Афганистану серьезное значение, и что в этой стране заложены пружины крупных политических достижений. Но и Англия к этому моменту выяснила, что, если Россия сейчас активно действовать и не может, то в ближайшем будущем она, во-первых, будет в силах предпринять более реальные шаги в этом направлении и, во-вторых, достаточно одного приближения России в поле зрения Афганистана, чтобы за этим последовали самые серьезные результаты. Неудачи в Афганистане и наше наступательное движение в Средней Азии явились одной из причин к участию Англии в войне 1854—-1855 гг., хотя для нас налицо были и более непосредственные причины. Нужно вспомнить, что в это время наше стремление к Средиземному морю было в большом размахе, идеология православного креста на Софии и освобождение братьев-славян от турецкого ига достигали полного расцвета. Все это было слишком опасно для главной коммуникационной линии, связывающей Индию с Англией, той самой линии, значение которой возрастало с каждым кубом вынутой земли строившегося тогда Суэцкого канала. Значение Крымской войны В истории среднеазиатского вопроса крымская кампания сыграла крупную роль, предопределяя надолго политическую и военную ориентацию Англии и России. Гибель нашего средиземного флота пресекла в корне и надолго наши завоевательные тенденции, связанные с проливами и Царьградом. Но эта же гибель, слишком принизившая нас по отношению к Англии, заставила искать иных дорог для восстановления нашего на нее влияния, или правильное — ее от нас зависимости. Крымская война, главным образом, и выявила смысл наших будущих подходов к Индии, т. е. вскрыла существо среднеазиатской проблемы. Хотя было ясно, что мы в Средней Азии еще слишком слабы и вести наступательных операций против Индии не можем, но уже важно было теоретическое или пока кабинетное сознание, что дорога к восстановлению нашего международного равновесия с Англией пролегала по Средней Азии, а не направлялась, как раньше, к Средиземному морю, и что пока далеким фонарем, освещающим этот крупный путь, была Индия. Эта опознанная к моменту Крымской кампании мысль, а к концу ее окончательно созревшая, интересно отразилась на тогдашних проектах походов на Индию. Так, Чихачев предлагал послать в Астрабад экспедиционный корпус и занять Герат, а оттуда послать 30 тысяч на Кандагар и Дере-Измаил-Хан и далее на Лагор. Следовательно, план осуществлялся при содействии Персии и Афганистана.