Дело в том, что вся эта литература чисто-политическая, т. е. нервно-пристрастная, по скрытым целям агитационная, сильно лживая, далекая от научного, уравновешенного и честного объективизма; но ее обилие (разумею английскую), ее однообразный тон, ее самоуверенность должны на всякого читателя произвесть несомненное впечатление. Скажу более. Эта однообразная и упорная литература сильно влияет на всю Европу, чуть ли не на весь мир. Особенно это сказывается на типе ходячих мнений об Индии, как теме общемировой. Конечно, Афганистан составляет тему во много раз более скромную и знать ее — удел только специалистов. Те, которым это знать нужно, уже давно поняли упомянутую однобокость и глубокий эгоизм английского политического освещения и принимали даже определенные меры к освобождению европейской мысли в азиатских вопросах от ига британского освещения [Укажем для примера на руководящую статью “Т’оецпуге @и Соти®”, стр. 2. ВиПейп @и Сотие йе ГАзме Етапс15е. — Ауг!, 1901 г.]. Подойдем к реальной оценке Афганистана. Может ли быть Афганистан сам по себе ценен? Мы имеем перед собою страну с пятью миллионами населения, очень бедную, примитивную, без техники, без культуры; по-видимому, нет смысла ни для нас, ни для англичан тянуться за этой полудикой, неуравновешенной, всегда взбудораженной страной. Чего мы могли бы достигнуть, обладая ею? О минеральных богатствах нечего и говорить, они не велики, да и не определенны; придать земле культурность можно, но это потребовало бы много времени, огромных трат и сулило бы все же скромные результаты. А что такое эти пять миллионов населения? В значительной части своей это кочевники, значит — полудикари, слабо трудящиеся, небрежные, вяло-хозяйственные. — Ясно, Афганистан сам по себе никакой цены не представляет. Но этого мало. Это — горная [“ТВе соппиу оЁ госК$ ап@ 5!опез”, как говорят англичане в своих политических сочинениях. См., например, ТБогбига. Азвапс Мет2ббоиге, р. 93.] страна, лишенная дорог, с отсутствием технических удобств, с разрозненным и ненадежным населением; а это ненадежное население сверх того свободолюбиво, отличается гордостью, дорожит своей независимостью. Последнее обстоятельство поведет к тому, что, если этой страной и можно овладеть, то удержать ее в руках очень трудно, на заведение администрации и заведение порядка потребуется столько ресурсов, что страна этих трат никогда не вернет: ей вернуть их не из чего. Поэтому мы должны сказать определеннейшим образом, что в истории столетней борьбы между Англией и Россией Афганистан сам по себе никакой роли не играл, и ценность его всегда была косвенная и условная. Если вдуматься в существо его политической ценности, то она, главным образом, сведется к тому, что Афганистан включает в себе операционные пути на Индию. История блестяще это иллюстрирует: она насчитывает 20 великих нашествий на Индию на пространстве четырех тысячелетий. Все эти нашествия показывают, что издавна народы-властелины стремились в Индию, обычно с целью наживы, и всегда они шли через Афганистан. Других дорог не было. И вот это обстоятельство, что Афганистан замыкает указанные пути, делает его политически ценным, придает ему определенный удельный вес и дает ключ к решению вопроса, об основной причине борьбы, которая идет между Англией и Россией. Еще Александру Македонскому приписывают фразу, что только Индия даст ему ключ к удержанию в своей власти Азии [Упоминает В. Кряжин в труде “Сумерки Востока” (М., 1919. С. 4.).]. Эта идея ясно сознавалась как его предшественниками, так и его последователями. Важность же Индии всегда отражалась на важности неминуемого преддверия к Индии, каковым был Афганистан. Поэтому и мое освещение политического значения Афганистана будет исходить из того угла зрения, что сам по себе Афганистан ни в экономическом смысле, ни в финансовом,