херадже [Интересно, насколько англичане несерьезно вникали в экономику Афганистана; они почти обходят молчанием эти, несомненно, самые крупные статьи бюджета.]. Изучив их размеры и их содержание, мы приблизительно подойдем к существу афганского государственного хозяйствования и к размерам его доходности, а затем уже можно предположить тот финансовый багаж, на котором могут строиться вооруженные силы Афганистана. Как зякет, так и херадж являются главными типами налогов не только в Афганистане, но и в Бухаре, Хиве, кое-где в Индии, почему и заслуживает нашего к себе внимания. Зякет Позвольте, поэтому, коснуться этого вопроса подробнее. Зякет в переводе значит очищение [Желающим ознакомиться в подробностях с этим интересным мусульманским институтом могу указать на Хидаю, Комментарии мусульманского права. Перевод с англ. Н. И. Гродекова. 4 тома 513, 462, 423 и 319. — Ташкент, 1893 г. О Зякете книга 1, 69-130 первого тома.]. Магомет говорил определенно, что каждый мусульманин должен известную долю из своего движимого и недвижимого имущества выделять для бедных. В этом законе должны быть выделены три принципа: 1) обязанность каждого правоверного мусульманина, состоящего в здравом уме, делиться известной долей своих доходов; 2) эта доля ‚ предназначалась для бедных и 3) она бралась с прирастающего имущества и начиная с некоторого минимального его размера; хозяин, например, стада коз числом меньше сорока, уже не был обязан вносить зякета. Из этого примера вы можете сделать тот правильный вывод, что зякет является налогом скромным и разумным, что Магомет, судя по этому закону, был хорошим и политиком, и законодателем. В случае зякета, например, он не упустил важного принципа предельного имущества, ни принципа взимания лишь с прирастающего имения, т. е. с того скота, который пасется на воле, на свободной траве и дает естественный приплод. По духу закона лошадь, нужная для верховой езды и стесненная в процессе естественного размножения, исключается из зякета. В Афганистане зякету подлежат: верблюд, овца и коза, привольно размножающиеся на его плодотворных полянах. Таковы юридические и священные основания зякета. Жизнь и практика изуродовали эти основания до неузнаваемости. Пророк предназначал зякет для бедных, и при его жизни, да и при его первых искренних преемниках власти зякет удерживал свою первоначальную форму, но затем он был у бедных отобран знатными и влиятельными и стал предметом государственного или княжеского налога. Пророк приказывал брать средний скот, на практике берется, вероятно, лучший. Пророк допускал вместо натуры вносить зякет деньгами, но и это разрешение на пути практики и злоупотреблений сделалось источником больших неправд и горя. Желающие ознакомиться с подробностями могут найти их в моих трудах “Индия, как главный фактор в Средне-Азиатском вопросе” и “Восточная Бухара”, а также в работах, занимавшихся бытовой и этнографической стороною среднеазиатской жизни. Такова первая главная форма взимания налога, которая лежит в основе финансовой системы Афганистана. Если вы вспомните, что горы Гиндукуша полны скотом, что афганцы, главным образом, занимаются скотоводством, имеют большие стада, вы поймете, что зякет является одной из существенных форм государственного дохода. Повторю лишь ту мысль, что в основе законодательства Магомета было положено много разума и экономического расчета, им принималось в расчет поддержать бедный люд и не разрушить хозяйство богатого; эти мероприятия совершенно справедливо и ныне вызывают в нас чувство разумного и даже этически красивого. Но ненужные для хозяйства излишки стали захватывать богатые, взяв их у бедных, мысль Пророка властители извратили и из красивого по замыслу законодательства сделали на пространстве веков тяжкую и глубоко несправедливую налоговую систему.