себя также шиитами, а где больше суннитов, они доходят до такого “греха”, что называют себя даже суннитами. Как народ, целые века подневольный и угнетенный, таджики представляют собою тип глубоко замкнутого, скрытого и недоверчивого народа, они робки и нерешительны и, как всякому рабствующему народу, им свойственно лицемерие. Вообще приходится отметить много несимпатичных черт в характере таджика, но среди этих черт самыми большими и неприятными будут лицемерие и скаредность. В этом, конечно, нет ничего удивительного, потому что таджику на каждом шагу приходится отстаивать свое добро или скрывать таковое, чтобы его не отняли. Если вы таджиков встретите на дороге, то увидите, что они часто идут босяком по острым камням, а башмаки (пехи) несут за плечами, чтобы возможно более сберечь обувь. Если представитель власти собирает дань с поля — обычно 7-й или 10-й сноп, — то вы увидите такую картину: таджик плачет, валяется в ногах кричит, что умрет он, жена и дети, если у него возьмут зерно... но он слишком часто это делает, а власть ему не верит. Если таджик выпрашивает что-либо, то делает это как нищий в Неаполе. Такое проявление скаредности не должно вас в некоторых случаях вводить в заблуждение, потому что под видимой скаредностью иногда кроется большое искусство скрывать значительные запасы зерна, а может быть серебра и золота; правда, при бедности таджиков это может случиться редко, но случиться все же может. С боевой точки зрения нужно сказать, что таджики представляют собою элемент негодный; они слишком трусливы и малодушны, но как горцы, которые привыкли к местным условиям, как проводники или носильщики представляют порою прекрасный материал и, если на вашей стороне, они могут служить вам болышой подмогой. Наши экспедиции и английские подтверждают, что, как наступательный боец, таджик негоден, но для обороны своих очагов и удерживания пассивных горных позиций он представляет собою порою приличную силу. Если вы будете иметь доступ к семье таджика, войдете в круг его интересов, то перед вами откроются многие интересные черты его характера. Он хороший семьянин, любит веселиться, танцевать, может даже и поделиться своим добром с другими, не только с близкими. При детальном изучении этого народа вы не можете, конечно, пройти мимо его религии и его духовных вождей — ишанов. Если вы хотите заручиться тем, чтобы военная обстановка слагалась для вас благополучно, если вы хотите, чтобы таджики были на вашей стороне, если хотите получить доступ в толщу таджикского народа, — прежде всего позаботьтесь о привлечении на свою сторону ишанов. Ишаны это главный двигатель жизни этого народа. Человека этого боготворят, его окружают вниманием и почетом, целуют его стремя, когда он едет верхом. Ишаны чаще всего являются пережитками старых персидских фамилий, спасавшихся от религиозных и других гонении в таджикских трущобах. По своим духовным и физическим особенностям многие из этих ишанов представляют собою тип явно выявленных дегенератов, что нужно объяснить длительной праздной и богатой жизнью одних и тех же поколений, не освеженных творческим трудом и посторонней более здоровой кровью. Немудрено, поэтому, что среди ишанов вы встретите опиистов, пьяниц, развратников, людей, захваченных какою-либо страстью и т. д. Приручить этого ишана и привлечь его на свою сторону вообще нетрудно. Этого не упускайте из виду. Когда я был начальником Памира, я вступал в частые в разнообразные сношения с ишанами, прибегая к приемам, которые наиболее отвечали положению, и среди них имел, например, очень хороших разведчиков. Один из них был неудачлив и, пойманный в Бадахшане, был в свое время распят на кресте, на площади в Файзабаде. Тюркская группа Следующая народность, на которой я остановлюсь, тюркская или точнее тюрко- монгольская. Вы имеете перед собою три группы этой народности: одна в афганском