мне 
надо 
отправиться 
с 
ними. 
Ихтиар 
— 
можешь,
отвечал хан. Видел ли город? Хорош ли? Видел, хорош. В
какой ты службе? В военной, пехотной. Сколько у тебя
солдат под командою? Капральство — 75 человек. Так ты
и 
не 
юзбаши, у тебя 
и 
сотни 
нет! 
И так пешком
дерешься? Пешком. Умеешь ли стрелять из пушки? Нет. У
меня есть новые пушки, 
из которых никто не 
может
попасть в цель; я думал, что ты мастер и за этим послал
за тобой. Заметим, что пушки эти особенного устройства:
напал кривой, усыпан горбами и неровностями и потому
закатывают в него маленькое ядро, которое гуляет по
широкому 
и 
неровному 
каналу 
на 
свободе. 
Перед
отъездом зайди к кушбегию — сказал хан, и мехтер снова
потянул 
меня 
за 
рукав. 
Я 
поклонился, 
хан 
кивнул
головою, и мы отправились.
На улице видал я хана часто: 
он каждый день
разъезжает по мечетям. Наперед едет удайчи с булавой и
кричит 
во 
всю 
глотку: 
желайте 
эмиру 
здоровья 
и
долголетия! Потом следуют два отрока, джуана, потом
хан в суконном чекмене, в чалме, на лошади, худой и
незавидной, покрытой попонами; на хороших аргамаках
он ездить боится. За ним едет Салям-Агасы, который
откланивается за хана; кричит непрестанно: «Алейкум-
салям», 
там 
следует 
еще 
пара 
джуанов 
и 
несколько
прислужников. Хану лет 28; похож он на худощавого
бледного жида, среднего роста, с большими черными
глазами. Он самоуправен, где кушбеги не устранит его
пронырством 
своим, 
жесток 
и 
делает 
неслыханные
насилия. Мальчиков и девочек уводят от отцов и матерей
для 
скотской 
похоти 
эмира; 
нередко 
он 
наказывает
телесно, лично при себе, если кто заслужит немилость его.
В Бухаре наказывают дубинками, толщиной почти в
косое или в колеище так, что ломают кости и нередко
убивают до смерти.
23
Политические отношения Бухары, по ничтожности
хана и корыстолюбию кушбеги, в жалком положении;
хивинцы и все прочие соседи Бухары грабят пределы ее
ненаказанно; город Шагер-Сабз отложился уже лет 15
тому, и бухарцы доселе не могут с ним управиться. Узбек,
засевший 
в 
Шагер-Сабзе, 
держится 
то 
силою, 
7то
хитростями; 
когда ему пришлось 
было 
плохо, то 
он
предложил _ мировую, 
прислал 
хану 
дочь 
свою 
в
замужество, 
и 
потом 
опять 
напал 
на 
него 
врасплох,
разбил 
и 
разграбил 
войско 
его 
и 
сохраняет 
доселе
независимость свою.
Постоянного войска, сипаи, состоящего из одной
конницы, считается в Бухаре до 12 тыс.; это большею
частию узбеки и праздношатающиеся всякого звания и
племени; они записаны на службе, проживают где хотят
и являются по воззванию; они получают ежегодно по 4
тилла и по 4 батмана пшеницы; кроме этого хан иногда
раздает тому, кто первый навернется, отбитых и взятых
у кайсаков в закят лошадей; если лошадь у воина пала,
то он получает за это ярлык и при первом случае убыль
вознаграждается. Десятники, пятидесятники, 
сотникКи,
пятисотники и тысячники (дабаши, пинджабаши, или
караул-беги, 
юзбаши, 
пенсатбаши 
и 
минбаши, 
или
серкардар) получают по два халата в год и некоторые
подарки, 
как 
случится, 
и 
жалованье.
Главнокомандующий есть сам хан. Войско это в самом
жалком 
положении, 
оборванное, 
голодное, 
вооружено
крайне плохо и никогда не может быть собрано в целом
составе 
своем. 
Кроме 
этого, 
ополчение 
из 
кайсаков,
туркменцев 
(рода 
арабачи 
и 
других), 
из 
кочующих
узбеков и другой сволочи могло бы составить до 50 тыс.
менее 
чем 
полувооруженных 
ратников; 
говорят, 
что
когда 
нынешний 
хан 
завладел - престолом, 
изгнав
предшественника своего, то у него было разного сброду