представить себе страну, очень богатую атмосферными осадками, но лишенную
котловин, и мы в ней не встретим озер. Такие примеры, действительно, встречаются.
Пенк справедливо отметил, что областям с обильными осадками свойственно богатое
развитие рек, а вовсе не котловин озер: эти области имеют непрерывный склон к морям.
История жизни озер русской равнины была превосходно объяснена Докучаевым еще 35
лет тому назад. Возражая Жеваковскому, полагавшему, что "очевидное уменьшение и
даже совершенное исчезание многих естественных источников и закрытых озер сильно
говорит в пользу мнения об уменьшении количества внутренних вод", Докучаев
говорил:
"Мы вполне согласны с проф. Леваковским, что факт обмеления и даже
совершенного уничтожения некоторых наших озер не подлежит никакому сомнению;
для этого достаточно вспомнить о тех громадных котловинообразных залежах торфа,
какие у нас находятся во всей средней и северной России; мы можем даже согласиться,
что и сила некоторых источников значительно упала; но мы решительно не понимаем,
каким образом все это может сильно говорить в пользу мнения об уменышении
количества внутренних вод. Нам кажется, что всякий закрытый водный бассейн с
самого начала своего существования уже носит в себе самом зародыш будущей своей
смерти, даже и в том случае, если он получает ежегодно в среднем одинаковое
количество воды. В самом деле, кому не известно, что во всякую озерную котловину
каждый час, каждую минуту втекающие в нее воды, в виде ли ручьев и речек или
просто просачивания - это все равно, вносят большую или меньшую ношу твердых
веществ; следовательно, с каждым годом котловина должна все больше и больше
делаться мелкою; с другой стороны, водная поверхность закрытого или открытого
озера должна все более и более увеличиваться, вследствие чего испарение воды по
необходимости усилится; в том же направлении будет действовать и большая мелкость
воды. Положим, процесс этот должен быть крайне медленный, но ведь геологическое
время в сравнении с историческим бесконечно. Значит, благодаря только этому
процессу, при постоянстве всех прочих условий жизни данного озера, оно должно рано
или поздно умереть. Можем здесь прибавить, что накопление осадков на дне озера
может повести к его обмелению и осушению еще и другим путем, именно усиливая
количество вытекающей из него воды через реки; нет сомнения, что этому помогает
иногда и обратный ход водопадов. Вот, по нашему мнению, единственно доказанный и
совершенно достаточный процесс, чтобы объяснить замечаемое у нас высыхание и
уничтожение озер".
С этими соображениями впоследствии (1890) согласился и Жеваковский, хотя
относительно "степей Азиатской России" он продолжал держаться взгляда об их
прогрессивно высыхании, главным образом опираясь на наблюдения Ядранцева и на
соображения Мушкетова о превышении в Туркестане испарения над осадками.
Итак, котловина каждого озера должна уменьшаться вследствия заполнения
минеральными и органогенными (торфом, сапропелем) осадками.
После этих предварительных замечаний укажем на ряд фактов недавнего
исчезновения озер, - фактов, не стоящих, однако, ни в какой связи с изменениями
климата.
К юго-востоку от Петербурга, у Тосны, близ Лисина, имеются два больших
моховых болота, нанесенных уже на карты по съемкам 1834 года. Между тем, на
шведских картах 1676 и 1685 годов на месте этих болот обозначены два больших озера,
очевидно, совершенно заросших за промежуток в 150 лет. В Петергофском уезде есть
село Заозерье; в настоящее время от озера, на котором стояло селение, осталась только
группа окнищ в торфяном болоте: Озеро Велье Лужского уезда, насколько можно
судить по съемкам 1784, 1846 и 1880 годов, к 1888 году сильно уменьшилось в