"такие формы и дозы внесения удобрений, чтобы они потреблялись
растениями, а не лежали бы мертвым капиталом в почве. Изыскивая
удобрения, необходимо наряду © заводскими минеральными туками
и даже в первую очередь полностью использовать местные удобре-
ния — навоз и навозную жижу, торфофекали, компост, куриный
помет, золу, а также гипс и известь.
Оценивая роль навозного удобрения, Вильямс придавал 
ему
двоякое значение: а) биологического оживления почвы и б) обога-
щения её питательными веществами. Оттеняя первое положение,
он пишет: «Не подлежит никакому сомнению, что не для того мы
вносим две-три тысячи пудов навоза на десятину, чтобы удобрить
её теми тридцатью-сорока пудами минеральных солей, 
которые
заключаются в этом навозе, такая операция была бы слишком
невыгодна, слишком наивна. Нет, мы вносим навоз только для того,
чтобы вновь оживить в мертвой почве те биологические процессы,
которые угасли вследствие несовершенной, не отвечающей цели
обработки, и без которых в ней замрет всякое движение веществ».
Однако отметив столь ярко роль навоза как средства активиза-
ции биологических процессов в почвах, тесно связанных с острук-
туриванием их, Вильямс в другом месте подчеркивает и его пита-
тельное значение «как одного из лучших минеральных и азотистых
удобрений» (1927 г.).
И обработка почв, и удобрение их могут максимально проявить
свою эффективность лишь в условиях севооборота.
Исходя из того положения, что в естественной природной обста-
новке комковатая водопрочная структура создается в рыхлокусто-
вой стадии лугового дернового процесса под покровом многолет-
них бобовых трав и рыхлокустовых злаков (в подзонах обыкновен-
ных, тучных и мощных черноземов), Костычев, Вильямс, Рассел
и ряд других исследователей развили тезис о необходимости в сево-
обороте злаково-бобовых травосмесей как одного из главнейших
условий обогащения почвы гумусом, оструктуривания почв, вос-
становления и повышения их плодородия.
Вопрос этот нуждается в тщательном анализе. Как показано
работами Мюнца и Жирара, В. Г. Ротмистрова, А. П. Модестова,
МИ. В. Красовской, Ю. Соколовского, Казакевича, И. В. Ларина,
`Уйвера, Н. В. Орловского, Н. И. Саввинова, А. П. Малянова
и др., а также долголетними исследованиями Н. А. Качинского
с сотрудниками (табл. 50), действительно бобово-злаковая траво-
смесь, а из бобовых особенно люпин и люцерна имеют корневую
систему, по массе обычно превосходящую корневую систему льна,
овса, ржи, пшеницы и особенно весьма слабую корневую систему
«изнеженных» культурой растений, как картофель, капуста, свекла
столовая (не считая мясистого корня). Однако ряд однолетних
культур 
— пшеница, подсолнечник, кукуруза 
и 
некоторые дру-
гие — развивают весьма мощную корневую систему, приближаю-
щуюся по массе к корневой системе луговых трав и превышающую
272