су критериев, запланированная возможность изменения страте- гии реализации проектов, т. е. их гибкость. Однако в практике нашей мелиорации эти принципы часто не соблюдались. И причина не только в монопольном положении бывшего Минвод- хоза СССР, которое безусловно сыграло свою негативную роль. Думается, что обличительный пафос по отношению к ме- лиораторам, доминирующий в прессе, справедлив лишь отчасти, даже если говорить о ”проекте века”, т. е. переброске части стока северных и сибирских рек на юг. Было бы противоестест- венным, если бы минводхоз в условиях действовавшей эконо- мической системы не стремился к крупномасштабным, очень выгодным объектам, коль скоро его деятельность оценивается миллиардами освоенных рублей, километрами каналов и кубо- километрами грунта и воды. Столь же естественным было и поведение ведомственной науки, если не считать противопо- ложной позиции ее единичных представителей. Здесь можно видеть целый спектр мотивов, а не только финансовые интересы ”фирмы”. Сама грандиозность задачи делала и делает ее профессионально престижной и интересной, тем паче она рассматривалась чуть ли не как спасение Средней Азии от экологической катастрофы. Другое дело, что выполне- ние этой миссии большинство мелиораторов привыкло рассмат- ривать только в узких рамках своей дисциплины. Дефицит воды в регионе растет, а ее переброска манила разовым и якобы окончательным разрешением проблемы. Наверное, и общест- венным наукам надо взять на себя долю ответственности за появление нескольких генераций технократов во всех отраслях народного хозяйства, от которых далеки социальные и экологи- ческие аспекты их деятельности. Само по себе появление ”проекта века” как одного из ва- риантов решения реального противоречия нельзя считать абсурдом или криминалом. Цивилизованное общество должно иметь постоянно действующие механизмы, делающие невоз- можным скоропалительное воплощение в жизнь спорных и сомнительных гипотез. Но в данном случае переброска нашла влиятельнейшее лобби в лице руководителей Среднеазиатских республик, в чем легко убедиться, просмотрев отчеты съездов и сессий. Показательно, что идея переброски рек одобрялась на самых высоких уровнях и нигде не оказалось барьеров против приня- тия явно недобросовестного документа. Сказался давний стереотип мышления, что программы такого ранга формули- руются в верхних эшелонах управления и обсуждению не подлежат. Подобная антидемократическая процедура восходит К периоду культа, равно как гигантомания мелиоративных прог- рамм. Тогда здравая мысль о пользе полезащитного лесоразве- 110