Требования к культуре эксперимента (в широком понима- нии этого термина) возрастают на каждом очередном витке интенсификации земледелия. Это обусловлено прежде всего растущей практической значимостью результатов и, следова- тельно, социальной ответственностью ученых. Непрерывно усложняются сами решаемые агрохимией задачи, в том числе за счет все большего числа управляемых и неуправляемых пере- менных. Содержательная интерпретация Ффактологического массива стала в наши дни одним из самых слабых мест агроно- мической науки из-за неразработанности вопросов гносеологии и эвристики. Жизнь однозначно доказывает, что развитие агрохимии может идти лишь на основе системной методологии. Необходи- мо концептуальное единство ее составляющих - от краткосроч- ных вегетационных до длительных многофакторных полевых опытов. Они не заменяют, а дополняют друг друга, выполняя свои специфические задачи. Соответственно всем этим подхо- дам свойственны определенные ограничения, и их нельзя абсолютизировать, так как в конечном счете любые эксперимен- ты являются моделями реальных объектов. Следовательно, они в принципе не могут отразить все объективное многосбразие характеристик моделируемых прототипов почв, а лишь фокуси- руют внимание на некоторых из них. Между тем вследствие недостаточной гносеологической культуры исследователей эти, казалось бы, бесспорные положе- ния нередко игнорируются. Часто это происходит на этапе экстраполяции результатов экспериментов, т. е. при переносе информации с модели на прототипы. Все еще нарушается прин- цип идентичности эдафических условий, когда полевые сопыты с удобрениями закладываются на почвах, которые недостаточно репрезентативны с точки зрения фактического разнообразия почвенного покрова данного района. Между тем рекомендации, выработанные на основе таких факториальных опытов, перено- сятся на другие почвенные таксоны. Такие ситуации особенно типичны при сложной структуре почвенного покрова, например в области конечных морен. Популярность в агропочвоведении (первоначально в США, а ныне и в других странах) концепции почвенных серий обуслов- лена прежде всего сугубо практическими выгодами. В конкрет- ной почвенной серии отражены не только определенный так- сон, но и его ареал. Тем самым облегчается перенос информа- ции в пределах данной серии, так что она опосредованно указы- вает на рациональное использование территории. С развитием интенсификации земледелия, когда агрономическое значение приобретает все больышее количество почвенных параметров, число серий прогрессивно увеличивается за счет ”дробления” старых. Достаточно указать, что в Великобритании их выделено 101