Управление землепользованием в Восточной Европе и СНГ сложностей, причем на фоне затяжной неопределенности в сфере прав на владение землей (это характерно, в частности, для Хорватии). Сегодня во всех странах региона имеют место прямые иностранные инвестиции в земельные ресурсы. Интенсивность инвестирования определяется, главным образом, общей безопасностью и расположением участков. В частности, в туристических зонах (например, на побережье — Адриатического моря) иностранные — инвестиции способствовали значительному росту стоимости земли. По-иному решаются вопросы инвестирования в земли сельскохозяйственного назначения. Некоторые страны пытаются привлекать такие инвестиции. Другие (в частности, Словакия, Чешская Республика и Венгрия) прибегли к мораторию: в течение нескольких лет иностранцам не разрешалось приобретать сельскохозяйственные земли. Сделано это было, во- первых, чтобы обеспечить достаточное время для рассмотрения всех запросов в рамках проводившейся реституции и, во-вторых, чтобы граждане этих стран имели возможность приобрести землю в первоочередном порядке. Часть этих стран (Венгрия и Словакия) недавно продлила мораторий. Чешская Республика продлевать мораторий не стала. Там в собственности иностранцев сегодня находится 6 процентов земель сельскохозяйственного назначения (378 хозяйств общей площадью 230 000 гектаров). Случаев «захватов земли» в регионе зарегистрировано не было, поскольку право частной собственности обычно обеспечивает защиту от этого явления. Обычно «захваты земли» имеют место там, где находящиеся в государственном владении участки передаются в аренду иностранным инвесторам без учета прав местных землепользователей. С этой точки зрения введенный Словакией, Чешской Республикой и — Венгрией — временный — запрет на — приобретение — иностранцами — земель сельскохозяйственного — назначения — представляет — собой — действенную — меру предупреждения «захватов земли» в переходный период. По завершении переходного периода мелкие фермеры практически не сталкиваются с риском захвата их земель, поскольку законодательство стран Восточной Европы в сфере экспроприации, в основном (за некоторыми исключениями), справедливо. В Грузии, например, люди достаточно умны, чтобы не вкладывать собственные средства в земли, расположенные слишком — близко к линиям — нефтепроводов. Но если — мелкие — фермеры восточноевропейских стран не сталкиваются с опасностью «захвата земли», то они всегда могут попасть под воздействие рыночных механизмов, что может привести к вытеснению мелких хозяйств. Правда, когда они продают собственную землю под воздействием таких обстоятельств, это обычно делается добровольно либо вследствие каких-либо ограничений экономического или рыночного характера. Управление землепользованием зависит не только от земельных институтов. Оно определяется и общим положением в сфере управления. В переходные периоды, как и после войн, управление обычно характеризуется слабостью. Институционная экономика учит, что когда институционные основы претерпевают трансформацию, на некоторое время распределение прав собственности теряет четкость, выпадает из сферы регулирования. Чтобы институционные основы (законы, подзаконные акты, агентства, организации и пр.) вновь обрели четкие очертания, требуется несколько лет. Опыт показывает, что на восстановление соответствующих институционных основ в среднем уходит около десяти лет. Еще больше времени необходимо, чтобы все институты заработали по новым для них правилам. Таким образом, более чем очевидно, что различные аспекты управления (землепользованием) в Восточной Европе еще могут совершенствоваться. 25