319
Исторически (если отнести это понятие к десятилетнему пери-
оду, исчисляемому со времени официально объявленного распада
бывш. СССР) проникновение 
крупного организованного капитала
России в аграрный сектор происходило двумя качественно различаю-
щимися этапами. Первоначально данный капитал подчинял себе сфе-
ру обращения сельского хозяйства (как правило, ее верхние звенья) и
лишь впоследствии (в основном в начале ХХ века) стал переходить к
развертыванию экономической деятельности в сфере собственно аг-
рарного производства.
По имеющимся свидетельствам'°, пионерами организованного
освоения сельскохозяйственной экономики выступили мощные сырь-
евые монополии, которые захватывали контроль над агропроизвод-
ством и определяли направления движения потоков товарного сель-
скохозяйственного продукта и его реализацию.
Среди таких гигантов выделяется группа крупных нефтяных
компаний, устанавливающих с сельскохозяйственными производите-
лями — за неимением у последних наличных денежных средств для
оплаты поставок энергоносителей — бартерные отношения обмена'!.
Такие отношения и стали первоначальным источником извлечения
выгод от функционирования сельскохозяйственной экономики и, со-
ответственно, фактором привлечения интереса крупного капитала к
экономическому освоению хозяйственного потенциала отрасли. Дру-
гая группа — крупные торговые компании («трейдеры»), занимающи-
еся реализацией товарной продукции массового спроса (в первую
очередь зерна, а также подсолнечника и сахарной свеклы)'?.
Кроме АПК-2 (подробнее см. ниже), крупный капитал стре-
мится овладеть также крупномасштабными производственными объ-
ектами в АПК-1 и АПК-З. Так, холдинг «Новое содружество» взял под
свое «крыло» крупнейшего в России производителя зерноуборочной
10 Известия. 02.10.2002.
! Известия. 02.10.2002.
® Не нужно, конечно, переоценивать относительную мощь крупного капита-
ла сферы обращения, действующего в аграрном 
секторе России. По состоянию на
конец 2001 г. крупные зерновые компании типа «Русагро» (см. ниже), «Разгуляй-
зерно» или «ОГО» вместе взятые «контролировали не более 5% зернового рынка»
России (см.: Известия. 24.11.2001).