220 агентах аграрного сектора СССР/России мы подробнее рассмотрим в $5 настоящей главы, здесь же упомянем лишь о месте таких групп в хозяйствен- ной структуре деревни. По данным «Баланса народного хозяйства Союза ССР» П.И. Попова, в 1923-24 г. на группы хозяйств с площадью до 4 десятин на хозяйство при- ходилось 70,2% общей величины личного потребления земледельческого населения России. Эти же группы хозяйств потребляли 64,4% общей массы сельскохозяйственных средств производства, произведенных в металлообра- батывающей промышленности. В то время как на группы хозяйств с площа- дью свыше 6 десятин на хозяйство (хозяйства зажиточных крестьян и «кула- ков») приходилось соответственно 15,7% (от общей величины личного по- требления) и 20,4% (от стоимости потребленных средств производства, про- изведенных в металлообрабатывающей промышленности)^. По существу лишь с началом новой экономической политики, приоткрывшей рыночные клапаны хозяйственного роста, в России обозначился процесс укрепления крестьянского хозяйства, стали рас- ширяться крестьянские посевы, и началось действительное «осеред- нячивание» российской деревни. Одновременно стали усиливаться и зажиточные группы крестьян, в частности, те из них, кого «партия» относила к «кулакам», о чем свидетельствуют данные об изменении соотношения различных групп крестьянских хозяйств в восходящей фазе периода НЭПа — в 1922—1925 гг., обнародованные А.И. Рыко- вым, тогдашним Председателем Совнаркома СССР (см. табл. Ш-2). Из всей совокупности приведенных данных следует, однако, что «кулаки» и зажиточные крестьяне так и не смогли достигнуть к началу коллективизации тех рубежей, которые они занимали в рос- сийской деревне накануне Октябрьского переворота. На процессы социальной дифференциации крестьянства напластовывались усилившиеся в период НЭПа процессы дробления больших крестьянских семей, отрицательно отражавшиеся на произ- водительном потенциале системы крестьянских хозяйств. Так, если за период 1916—1923 гг., т.е. за семь лет, число крестьянских хозяйств в СССР увеличилось с 21 млн. до 22,8 млн., или на 8,6%, то за период 1923—1927 гг., т.е. всего за четыре года, их число возросло с 22,8 млн. до 25 млн., или на 9,6%; среднее же число душ в индивидуальном 24 Там же, Ч., с. 308; Ч.П, с. 111.