от введения частной собственности на землю [23]. М.П. Гриценко отмечает,
что «Земельные отношения (преобразования) не обеспечивают рационально-
го использование и охраны земель, повышение их плодородие ... не превра-
щают ее в важнейший фактор экономического роста и улучшения социаль-
ных условий жизни...» [10]. И.П. Шаляпина, осуждая приватизацию сельхо-
зугодий, пишет: «Навязанный сверху административный способ передела зе-
мель не отвечал интересам большей части крестьянства...» [30].
Основная масса тех, кто оценивает негативно результаты прошедшего
этапа земельной реформы, высказывается за развитие арендного землеполь-
зования. С точки зрения А.Ю. Рыманова «в условиях аренды сельскохозяйст-
венных земель происходит снижение производственного риска сельскохо-
зяйственного товаропроизводителя и его частичное перенесение на собст-
венника земли ... Необходимо ... обеспечить приоритетное развитие аренд-
ной модели земельных отношений» [24]. Г.Н. Никонова выступает в под-
держку коллективно-долевой собственности и считает, что в «переходный
период в системе земельных отношений необходимо отвести особое место
аренде, как эффективной форме землепользования. Такой подход будет спо-
собствовать увязке землепользования с правом работника на произведенную
продукцию, что определенно позволит выявить более эффективного потен-
циального собственника» [19].
Активная дискуссия имеет место по поводу земельных долей и купли —
продажи сельхозугодий. Общая точка зрения сводится к тому, что наличие
земельных долей пока не обеспечило ощутимого роста в заинтересованности
их владельцев в более рациональном и эффективном использовании сельско-
хозяйственных угодий. Даже наоборот, как отмечают большинство авторов и
как имеет место фактически, продолжается процесс сокращения площадей
сельхозугодий, удельный вес посевов от площади пашни значительно ниже
уровня соответствующего его показателя дореформенного периода, ухудша-
ются качественные характеристики почвы. Дальнейшие перспективы земель-
ных долей оцениваются по разному.
31