лось деградации, более 40 000 тыс. га северных земель испыты-
вают химическое воздействие: запыление, кислотные дожди и др.
(Тишков, 1996).
Следует обратить внимание на то, что почвы и экосистемы раз-
личных территорий, в том числе особо охраняемых, могут подверг-
нуться глубокой деградации, вплоть до полного разрушения, не
только вследствие прямого воздействия техники, но и опосредован-
но через воздушное загрязнение. Ведь выбросы в атмосферу соста-
вляют около 375 млн т ежегодно. Вокруг таких промышленных ги-
гантов, как “Североникель”, Норильский горно-металлургический
комбинат, “Печенеганикель” и др., возникли техногенные пустоши
по несколько сот квадратных километров. На обнаженных почвах
и грунтах активно развернулась плоскостная и овражная эрозия.
При этом рекультивация таких территорий весьма затруднена, по-
скольку она может дать положительный эффект только в том слу-
чае, если каждое предприятие сократит ежегодные выбросы в де-
сятки раз, иначе древесно-кустарниковая растительность не в со-
стоянии восстановиться на данных пространствах (Крючков, 1996).
Несмотря на усугубляющуюся тяжесть экологической ситуа-
ции, восстановление разрушенных земель в Российской Федера-
ции идет недопустимо медленными темпами. Так, “на Севере
темпы восстановления техногенно трансформированных земель
составляют всего 4—5% от площади ежегодных нарушений и ори-
ентированы на залужение, а не на формирование исходной эко-
системы” (Тишков, 1996, с. 202).
В других странах СНГ экологическая ситуация также тяже-
лая. Например, на Украине, по данным А.П. Травлеева, идет ка-
тастрофическая потеря пахотных земель. Если до второй миро-
вой войны там распахивалось 40 млн га, то к началу 90-х годов их
площадь составила лишь 32 млн га, из которых 4 млн га оказались
загрязненными радиоактивными осадками после чернобыльской
катастрофы. Количество пахотных земель на душу населения за
это же время снизилось с 0,80 до 0,56 га. Около 3 млн га необхо-
димо рекультивировать (см. Никитин, Гирусов, 1993).
Определенные достижения в восстановлении разрушенной
природы получены в развитых странах. К примеру, как отмеча-
ют Л.О. Карпачевский и В.А. Обухова, в Рурской области в ре-
зультате рекультивационных работ лесистость к 90-м годам воз-
росла до 35% (см. Никитин, Гирусов, 1993). Было проведено пол-
ное комплексное восстановление территории, построены новые
фермы на рекультивированных землях.
Успехи в восстановлении разрушенной природы и рекульти-
вации земель не должны, однако, обольщать. Во-первых, это вос-
становление практически никогда не бывает полным и не возвра-