— 18 — почвоведов, русские исследователи единицами классификации считали` почвенные типы, а нёе почвенные массы, понимая под типом всю совокупность как внешних, так и внутренних признаков той или иной почвы. Так как эти призиаки являются, как ясно из всего предыду- щего, результатом определенных сочетаний внешних условий, от ко- торых зависело развитие того или другого типа, то понятно, что каждый почвенный тип в представлении русского почвоведа оказы- вался не только естественно-историческим телом с рядом одному ему свойственных признаков, но и физико-географическим объектом, занимающим определенное положение в пространстве. Таким образом, говоря, например, о черноземе, русский исследователь видёл перед собой не только природное тёло с определенными свойствами, но и его географическое положение и окружающую его обстановку (кли- мат, растительность, животный мир). Поэтому все русские почвенные: классификации ') являются не только генетическими, как их. обычно называли, но и географическими. Из приведенного краткого обзора достаточно ясно, какую роль в истории русского почвоведения сыграли основные идеи Доку- чаева. Но наш обзор был бы не закончен, если бы мы не затрону ли несколько подробнее чисто географических вопросов русского почво- ведения и нё подчеркнули бы того влияния, какое оказало почвове- дение в соседних областях естествознания в нашей стране. Выше кратко было указано, что учение о почвенных зонах впер- вые было разработано Сибирцевым. Многие почвы, писал этот исследователь, „прёдставляют, в общем, зональное или полосчатое распределение на поверхности материков, отвечающее физико-геогра- фическим территориальным зонам этих последних. В схеме наиболее экваториальное положение занимают латеритные почвы, соответству- ющие прерывистой, изрезанной морями полосе материковых тропиче- ских областей. За ними к северу, а отчасти и к югу, в области кон- тинентальных плоскогорий и замкнутых или полузамкнутых равнин, располагаются лессовые и пустынно-степные почвы, затем следуют, по открытым травяным равнинам, почвы черноземной группы, преем- ственно сменяющиеся лесными подзолистыми и, наконец, тундровыми“. „Наиболее типичными материками являются в этом отношении материки европейско-азиатский и, отчасти, северо-американский. Само собой разумеется, что полосчатость или зональность почв должна быть понимаема только, как общая грубая схема. В действительности ‚ни один почвенный тип нёе облекает материковой поверхности в виде сплошного пояса: все они залегают прерывистыми лентами, то рас- плываясь на огромную ширину, то суживаясь, то перемешиваясь между собой в пограничных областях, то, наконец, забрасываясь островками довольно далеко от главных зон. Полнота и строгая последователь- ность почвенных типов нарушается вмешательством различных мест- ных оро-гидрографических и геологических особенностей, препятству- ющих развитию известных почв или отодвигающих их в сторону“. 1) Докучаев, В. Труды СПБ. Общ. Естеств., т. Х. Его же. Матер. к оценке зем. Нижегор. губ. Вып. 1, 1886. Его же. К вопросу о переоценке земель Европ. и Азиат. России с классификацией: почв. Москва, 1898. : Сибирцев. Зап. Ново-Алексаидр. Института, т. П, 1898. Его же. Почвоведение. Лекции, 2-е изд., 1909. Глинка, К. Почвоведение, 2-е изд., Петроград, 1915. Его же. Лекции по почвоведению, читанные на третьих дополнительных курсах: для лесничих. Коссовнч, П. Жури. Оп. Агрон., 1910, кн. 5.