ции (полевого шпата, кальцита, доломита и др.). Некоторые тяжелые
минералы радиоактивны и способны ускорять рост растений: циркон,
монацит (до 0,3—0,6% урана), сфен (силикат титана). Калий наиболее
доступен для растений в лейците, биотите и менее доступен в нефелине,
полевых 
шпатах. 
Глауконит 
используется 
иногда 
как 
калийно-
фосфорное удобрение. Зандровые пески более богаты фосфором и кали-
ем, чем пески аллювиальные.
Растения чутко реагируют на минералогический состав. На бедных
кварцевых бескарбонатных песках произрастают олиготрофные псам-
мофиты: овсянница Беккера, чабрец Палласа, молочай Сегье; на поли-
минеральных же карбонатных песках они замещаются пелитофилами —
растениями, свойственными почвам суглинистым — овсянницей желоб-
чатой (типчак), чабрецом Маршалла, молочаем острым. Только на кар-
бонатных песчаных почвах распространены кальцефилы из флоры по-
лукустарничек прутняк приземистый, а из фауны — моллюски с извест-
ковыми раковинами.
Шведский почвовед О.Тамм установил, что самые продуктивные со-
сновые леса растут на песках, содержащих кальций, плагиоклаз, рого-
вую обманку, авгит и апатит. В Германии на песках, богатых полевыми
шпатами, под продуктивными сложными (с ярусом лиственных пород)
борами формируются бурые лесные почвы, а на кварцевых песках под
малопродуктивными чистыми сосновыми борами — подзолистые почвы.
В Брянских лесах наилучшие сосновые боры приурочены к глауконито-
вым пескам. В Латвии зандровые пески более богаты Р›О; и К»О, чем
пески аллювиальные [Капост, 1960].
18