среднеазиатского 
региона, 
возглавляя — Научно-исследовательский — центр
Межгосударственной водохозяйственной комиссии стран Центральной Азии.
По субботам многие освоители степи выезжали в Ташкент поездом,
курсирующим между Ташкентом и Хавастом. Поезд состоял из 3 вагонов. Мы
его 
в 
шутку 
прозвали 
«суперэкспрессом» 
за 
поразительное 
упорство
останавливаться около каждого столба, но в том было немалое преимущество.
Случалось видеть, как разложив «синьку» на коленях, не находя времени для
встреч 
в конторах, представители заказчика и подрядчика выясняют свои
перманентные спорные вопросы.
Часто мне приходилось самому за рулем самосвала ЗИЛ-555 совершать
поездки не только в Ташкент, но и далее, до казахского города Чимкент. Там
находился проектный институт, который запроектировал наш завод. Многое в
проекте приходилось менять, в основном в размещении оборудования двух
арматурных 
цехов. 
Но 
каждую 
перестановку 
того 
или 
иного 
станка
приходилось согласовывать с проектировщиками. Мы злились, доказывали, что
так лучше, что мы заказчики и наше слово закон, но генподрядчик, а также и
дирекция строящихся предприятий были неумолимы, и требовали согласования
с проектантами.
Пролетали периоды голодностепского года: восхитительная весна со
скромной, быстро исчезающей степной растительностью, пыльное лето с
палящим 
солнцем, 
сухая 
с 
ветрами 
прохладная 
осень 
и 
практически
бесснежная, порой с сибирским морозцем зима. Но вскоре степь вновь
радовалась желанному и короткому весеннему пробуждению.
Спустя год, я получил телеграмму от Тверитина с просьбой прибыть в
Главк. В тот же день выехал в Ташкент. В организации голодностепского
освоения 
была 
строгая 
дисциплина, 
все 
— предписания — выполнялись
беспрекословно.
- Геннадий, мы все-таки тебя определяем в новый Голодностепский
коммунально-строительный 
техникум 
на 
должность 
первого 
заместителя
директора. Ты сам знаешь, какое аховое положение с кадрами в новых
осваиваемых районах и этому вопросу придается огромное значение.
О том, что в 5-м отделении совхоза «Фархад» на базе типовой школы-
интерната с корпусами общежитий начал работу этот техникум, я уже был
наслышан.
- А кто же там директор? - Интересуюсь я. Тверитин смеется:
- Твой хорошо знакомый, Каримов.
- Тот самый Хаит, который работал в Ташкентском индустриальном
техникуме и у которого я был на занятиях?
- 
Он самый.
- Так я же тогда его раскритиковал, помнишь?
- Думаю, что он об этом уже забыл, к тому же критиковал ты его за
дело. Кстати, он сам давно тебя ждет. При каждой встрече спрашивает: где
же наш москвич?
17