шении, причем приращения С»(No) за полив при разной скоро-
сти водоподачи в условиях близкого и глубокого залегания УГВ
примерно равны, но имеют разный знак (рис. 17).
При дождевании и внутрипочвенном орошении влияние по-
лива на приращение пестроты влажности сказывается 
в меньшей
степени, но возрастает роль поливной нормы. Например, при дож-
девании нормой около 500 м%/га С» () =0,10-+0,15, а при по-
вышении нормы полива до 800—1000 м“/га в результате поверх-
ностного — перераспределения 
— поливной — воды 
коэффициент
варнации влажности первых двух полуметровых слоев почвы
0/
-6
-0
Рис. 17. 
Приращение _ неравномерности _ почвенного
‘увлажнения за полно в зависимости от скорости в0-
Лоподачи 
при бянэком () н гяубоком () залеганни
В.
возрастает до 0,20—0,25. При внутрипочвенном орошении норма
около 1000 м“/га обеспечивает С, (\/) на уровне 014 и 0,12 в пер-
вом и во втором 
полуметровых слоях почвы - соответственно,
а увеличение поливной нормы вдвое лишь незначительно увели-
чивает С,(No) (до 0,15). При ВПО наиболее.стабильна `влаж-
ность на глубине заложения трубок-увлажнителей. (С»==0,06.
+0,11), а наибольшая пестрота на площади имеет место в днев-
ном горизонте почвы (Сь=0,15--0,20).
Если под эффективностью полива понимать ликвидацию де-
фицита влажности почвы на всей орошаемой площади, то © по-
мощью кривых распределения можно получить исходные дан-
ные (табл. 14).
Как видно, при глубоком залегании УГВ, когда капиллярная
кайма не выклинивастся в корнеобитаемый слой почвы, ее влаж-
ность после полива в среднем по полю практически достигает
верхиего предела оптимального увлажнения, но на самом деле
59