ЕЩЕ К ВОПРОСУ О САРЕЗСКОМ ОЗЕРЕ* Рацек В.И. Известия Всесоюзного Географического Общества, 1952, т. 84, вып., стр. 400-404 В последних числах августа 1946 г. нам довелось совместно с автором статьи «Некоторые наблюдения над состоянием Сарезского озера» В. В. Акуловым, директором Хорогского ботанического сада Таджикского филиала АН СССР А. В. Гурским и кинооператором Ташкентской студии Н. И. Рядовым обследовать западную часть Сарезского озера от залива Лянгар до Усойского завала, а затем обойти весь Усойский завал по сторонам вписанного в завал пятиугольника, вершинами которого являлись следующие крайние точки: а) на юге - небольшая бухта в районе перешейка между озерами Сарезским и Шадау- куль, где, как указывает В. С. Колесников (2), останавливался он, и ещё до него - И. А. Преображенский; 6) на севере место входа воды, просачивающейся через завал; в) на западе - голова оврага; г) на востоке - точка в 2-3 км км западнее оз. Шадау-куль и, наконец, д) заброшенная сторожка на северо-восточном берегу оз. Шадау-куль. Во время прохода по этому маршруту в течение одного дня были осмотрены наиболее интересные места Усойского завала. Хотя не приходится говорить о полноте наших наблюдений, однако, мне и кинооператору Рядову удалось все же сделать более 500 фотографий, показывающих состояние Усойского завала и Сарезского озера Мы не разделяем взгляда В. В. Акулова на угрожающее состояние Усойского завала, высказанное им в рецензируемой статье. Прежде всего попробуем воспроизвести картину случившегося в феврале 1911 г. обвала, от правильности и полноты которой зависит ряд последующих выводов. Для этой цели, кроме непосредственных впечатлений, полученных на месте в августе 1946 г. мы располагаем аэрофотоснимками, сделанными год спустя после нашей поездки (в августе 1947 г.) пилотом Большаковым и штурманом Самусенко. Усойский завал, представляющий по форме почти равнобедренный треугольник, одной из вершин обращенный на запад и вбитый на подобии клина между хребтами Северо- Аличурским с юга и Муз-кол с севера, является образцовой и наиболее совершенной с точки зрения гидротехники плотиной, опрокинуть которую не под силу 17 км куб воды, которые заперты ею в ущелье бывшей реки Мургаб. Не предугадывая причины, вызвавшие обвал, по состоянию поверхности Усойского завала можно схематически представить путь рухнувшей массы, которая прежде всего встретила на своей дороге массивный и довольно высокий отрог хребта, некогда служившим левым берегом реки Шадау-дара. Этот полуразрушенный отрог и представляет теперь высшую точку завала с отметкой 3483 м. Несомненно, рухнувшие, а вернее сползавшие массы** встретив такую преграду, должны были, повернуть вниз и вверх по ущелью, заполнив его глубокую часть. Этот отрог хребта, в свою очередь от страшной силы удара каменной лавины обрушился на юг, закрыв устье реки Шадау-дара. Допускаем, что некоторая часть соскользнувшей массы могла перевалить через отрог и частично заполнить ущелье Шадау-дара. Таким образом за одним обвалом последовал второй; вместе взятые они и дают нам общую картину Усойского завала. Остатки разрушенного обвалом хребта, идущего с юго-запада на северо восток, легко прослеживаются, особенно при рассмотрении парных аэрофотоснимков под стереоскопом. Хребет хорошо заметен и на местности, а гигантские трещины в его гребне, достигающие 0.7- 1.2 м ширины при длине 10-12 метров свидетельствуют о мощном ударе до основания потрясшем хребет и снесшем его верхнюю часть.