ФОРМИРОВАНИЕ И ЗОНАЛЬНОСТЬ ПОДЗЕМН. ВОД 217 щелочей к хлору (от целых чисел до 0,7—0,6 и менее), увеличиваются концентрации хлоридов магния (от 5—10 г/л в глубоких водоносных пластах до 30—50 &/л в соровых водах) и хальция (до 13—90 г/л). В составе растворенных газов преобладают углеводороды, содержание которых изменяется от 50—60 до 90—96%, а также биогенный азот — от 1 до 20%. Возраст подземных вод зоны варьирует от 5—7 млн. лет в краевых частях впадин и верхних горизонтов до 80—110 млн. лет в' глубоких слоях Прикаспийской впадины. Происхождение рассолов и их специфического состава привлекало внимание многих гидрогеологов. Тем не менее эта сложная проблема до сих пор еще не решена. Некоторые исследователи высокую концен- трацию подземных рассолов глубоких слоев объясняли исходя из тео- рии метаморфизации одних только первичных седиментационных (по- гребенных) вод. Однако, полностью не отрицая участие вод в образо- вании рассолов, следует отметить, что даже в самых глубоких водонос- ных пластах артезианских бассейнов района существует — водообмен в результате постоянного, хотя и медленного, перемещения подземных вод по разломам, через толщи слабопроницаемых пород и поступления вод из областей питания. Об этом свидетельствуют в частности дан- ные о возрасте подземных рассолов, который для различных горизон- тов и участков района в 3—5, а иногда и в 20—25 и более раз мень- ше, чем возраст пород, к которым приурочены эти рассолы. В таких условиях не может быть и речи о полном сохранении погребенных се- диментационных вод даже в глубоких водоносных пластах. Ввиду того что водообмен происходит во всей осадочной толще района, следует полагать, что в формировании — концентрированных рассолов ведущая роль принадлежит инфильтрационным (древним и современным) водам, которые постоянно и непрерывно на продолжении длительного геологического времени внедрялись в глубокие водонос- ные пласты и вытесняли погребенные седиментационные воды. Следо- вательно, подземные рассолы при их длительном нахождении в ВОдО- носных пластах не могли сохранить облик «первичных» вод. Суще- ственно изменен также и облик инфильтрационных, постседиментацион- ных вод в условиях значительной закрытости структур, высоких дав- лений, температур и при воздействии многих других факторов. При длительном нахождении подземных вод на большой глубине в условиях слабого водообмена с поверхностью и замедленной миграции инфиль- трационных вод рост их концентрации в первую очередь зависит от литологии и состава воднорастворимых комплексов водовмещающих пород. Так, в Прикаспийской впадине наличие мощной толщи соли в кунгурских отложениях и изоморфных галогенных примесей в более молодых водоносных Ппластах, являющихся неограниченными постав- щиками солевой массы, обусловливает здесь весьма высокую концен- трацию подземных рассолов зоны Г (до 300—330 г/л), особенно в ее нИЖнНИх слоях. О ведущей роли выщелачивания галогенов в повышении концен- трации подземных рассолов свидетельствует тот факт, что почти повсе- местно величина отношения натрия к хлору в этих рассолах близка к единице (0,99—0,94). На Мангышлаке и Устюрте, где в геологическом Рразрезе отсут- ствуют соленосные породы, концентрация подземных рассолов даже в глубоких слоях зоны Г не превышает 180—230 г/л, а в районах Се- верного Приаралья и в описываемой части Тургайского прогиба под- земные воды с минерализацией более 50 г/л встречаются редко. Про- исхождение такой минерализации подземных вод может быть объясне- но выщелачиванием терригенных не содержащих галогенов пород.