В процессе развития науки является закономерным, что основной
объект со 
временем дифференцируется 
: в нем обнаруживаются
внутренние различия, обусловливающие его более детальное деление, вплоть
до того, что специалисты порой вообще отказываются от бывшего общего
понятия, считая его неточным. Так, например, некоторые болотоведы не
применяют лонятия „болото”, лесоведы - понятия „лес”, а ландшафтоведы -
понятия „ландшафт”, 
‚
Деление понятия „болото” началось в самом начале развития болотове-
дения, Уже у Р, И. Аболина (1914) мы находим деление болот как элитила
на внутренние однородные участки - эпиморфы, которые могут быть объеди-
нены в эпиформации. Другой классик болотоведения, А, К, Каяндер ( Са-
апаег, 
1918), считает, что „болото” можно рассматривать как геологи-
ческое понятие (вероятно, отсюда ведет свое начало термин „торфяное мес-
торождение”) или же как биологическое - торфообразующую формацию; оба
определения полностью не совпадают, Наряду с общим понятием „болото”
(Моог) 
Каяндер говорит о болотах в более узком смысле, объединяя их
в тилы ( Моогі:ур). 
Ясно, что здесь мы имеем дело с отдельными болот=
ными участками, или фациями, и их типами, и © болотах как о закономер--
ных объединениях этих участков, т, е, о болотных комплексах ( Моогкот-
р1ех, Сггоззтоок") 
и их типах, соответствующих болотным массивам и
типам болотных массивов в нашем понимании, здесь речь не идет, Так,
у Е. А. Галкиной последовательно различаются „болотные микроландшафлы”,
„болотные мезоландшафты” и „болотные макроландшафты” (1946); позже
она решила применить для этих же понятий термины „болотная фация”, „бо-
лотное урочище” и „система болотных урочищ” (1963).
В настоящее время геоботаники, гидрологи, торфоведы и другие специа-
листы при бодее углубленных исследованиях уже не могут обойтись без та-
кого деления понятия „болото”, На самом деле, рассматривая, например,
процесс развития болот, нельзя не уточнить, говорим ли мы о развитии бо-
лота на уровне фации (т. е. о развитии гряд, мочажин и других форм мик-
рорельефа), о развитии болота как болотного массива (т. е, о фазах и фор-
мах его развития как единого целого, как формы мезорельефа) или о 
раз-
витии болота как болотной системы (т, е. о сЛлиянии отдельных массивов
в одно целое, об образовании проточных толей между массивами и т, д.).
На каждом из этих уровней действуют какие-то свои специфические законо-
мерности, которые интегрируются на следующем, более высоком уровне, об-
разуя закономерности высшего порядка, Мы имеем здесь дело с системой,
состоящей из подсистем и соединяюще йся с подобными системами в еще
более крулные, сложные системы, Сколько уровней таких подсистем мы
имеем в случае болот, зависит, видимо, от их возраста, зонального поло-
жения и хода развития (см. таблицу).
Таким образом, мы можем говорить о количественно и качественно
различных болотных объектах, требующих не только своих специфических
методов исследования, но и приемов классификации (Галкина, 1946, 1963;
Мазинг, 1962, 1969).
Такое „растворение” общего лпонятия „болото” все же не значит, что
его уже не осталось; в ряде случаев, видимо, несущественно различение
приведенных уровней или рачгов исследования объекта. Если мы, например,
говорим, что „росянка растет на болотах”, то это явно относится к понНя-
тию „болото” на всех его уровнях - она растет как на отдельных кочках,
в отдельных сообществах, фациях (т, е, комбинациях кочек и мочажин), так
и на массивах или системах в целом, Если речь идет о верховых болотах,
то это понятие приобретает на разных уровнях исследования и классифика--
ции разный смысл: верховой болотный участок является полностью верхо-
вым, т. е, олиготрофным; верховой болотный массив, или просто верховик, —
это определенная стадия развития, на которой окрайки могут остаться