12 ты. По правилу ответственности всё права находятся у стороны, которой причи- нен ущерб. В международном водном праве эквивалентом правила невмеша- тельства является доктрина абсолютного территориального суверенитета, а эк- вивалентом правила ответственности — доктрина абсолютной территориальной целостности. Доктрина абсолютного территориального суверенитета подразуме- вает, что страна, по территории которой течет водоток, располагает исключи- тельной властью над водами международного водотока в пределах своей терри- тории. В доктрине абсолютной территориальной целостности говорится, что го- сударство в нижнем течении имеет право на поступление незарегулированного стока воды на свою территорию (МсСайтеу, 2003а). Однако международное право отвергает как доктрину абсолютного терри- ториального суверенитета, так и доктрину абсолютной территориальной целост- ности как «фактически — недальновидные и юридически — «анархичные» (МсСаНтеу, 2003а: 135). Вместо этого утверждается, что государства должны применять доктрину ограниченного территориального суверенитета. По этой доктрине право на использование международного водотока ограничивается правами других прибрежных стран на использование данного водотока. Соглас- но МакКафри (МсеСайтеу, 2003а: 138-147), эта доктрина также отражена в боль- шинстве международных соглашений по воде. Более того, она подкрепляется принципом справедливого и обоснованного использования, установленным Хельсинскими правилами 1966 года и Конвенцией ООН от 1997 года о ненави- гационных видах использования международных водных путей. Однако спра- ведливое использование не может определяться в одностороннем порядке, а только в процессе претензий и встречных требований участвующих сторон, пу- тем уравновешивания факторов, относящихся к рассматриваемому случаю (МсСайтеу, 2003а: 339-345). Это означает, что возможно будет сложно достичь соглашения по причи- нам, связанным с распределением прав. Прибрежное государство верхнего тече- ния (или прибрежное государство, которое первым присваивает себе ресурс), возможно, не захочет отказаться от своего фактического использования. С дру- гой стороны, прибрежное государство нижнего течения (или прибрежное госу- дарство, которое желает присвоить себе ресурс в последующую очередь) может отклонить существующее положение вещей в самом начале переговоров по мо- ральным и стратегическим причинам. С моральной точки зрения сторона нижне- го течения «В» может подвергнуть сомнению легитимность существующего по- ложения вещей на основе международного права. Со стратегической точки зре- ния «В» была бы даже более удачливой, если бы в первую очередь были пере- распределены права собственности. Кроме того, предложение побочного плате- жа может также ассоциироваться с установлением репутации слабой стороны в переговорах и предчувствие побочных платежей может спровоцировать страте- гическое поведение у стороны верхнего течения «А», чтобы получить побочный платеж в большем размере (Ма!1ег, 1990). Если права были перераспределены, любой выигрыш для «В» будет означать потерю для «А». В то же время, любое соглашение по правам собственности предложило бы потенциал для рациональ- ного использования ресурса и, тем самым, для достижения выгод при сотрудни- честве.