116 Но из-за того, что многие ирригаторы признают лишь фактические цены, выплачиваемые ими за воду и энергию, они истолковывают результаты проекта именно в этих ценах. Так, один из ирригаторов с земель проекта утверждал, что не было субсидий на энергию, так как «[ирригационный] округ оплатил 100% контрактной стоимости, которую они предполагали выплатить». Но фермеры фактически выплатили за энергию гораздо меньше ее рыночной стоимости. В этом случае индивидуальные позиции перевешивают экономическую точку зрения, которая предполагает, что ресурсы должны оцениваться в их альтернативном использовании, если необходимо их эффективно распределять с социальной точки зрения или в масштабах всей экономики. Лучшее понимание этих разных позиций всеми сторонами уменьшит споры, возникающие вокруг слова «субсидии». Другие разногласия касаются прямых и косвенных (или вторичных) прибылей. В контексте проектов развития водных ресурсов прямыми прибылями является экономическая ценность конечных результатов. В то же время, косвенные прибыли относятся к инвестициям, порожденным обратными и упреждающими связями от прямых инвестиций. В контексте ПБК обратные связи включают экономическую деятельность в части вкладов поставщиков фермерам (поставщики семян, удобрений, химикатов, оборудования и т.д.). Другие связи включают и тех, кто перевозит, хранит и использует аграрную продукцию, произведенную фермерами. Многие фермеры, а также те, кто планировал ПБК, рассматривают сферы обработки, поставки и услуг как «прибыли» проекта. С точки зрения жителей территории, внесших вклад в развитие экономики в зоне действия проекта, их позиция понятна. Но ПБК является федеральным, и с точки зрения общенациональных интересов и в масштабах всей экономики могут иметь место другие выводы. Так, при отсутствии экономии, расширение экономической деятельности имеет следствием, в определенной степени, относительно низким развитием в зонах, где вложенные в проект инвестиции были истрачены. Так, в начале 1950гг. велись острые дискуссии по этому вопросу, и федеральные органы США (Бюро мелиорации и др.) приняли соответствующий циркуляр (No А-47) по бюджету проекта, который запрещал включение вторичных прибылей при оценке экономических прибылей проектов по развитию водных ресурсов. Это означало, что вторичные прибыли от реализации подобных проектов не приводят к чистой экономической прибыли на национальном уровне. При реализации проектов водного развития представляют интерес действия, имеющие необратимые и совокупные эффекты. И решения, которые приведут к необратимым эффектам, должны приниматься только после тщательного изучения всеми ЗИС. Так, плотина Гранд-Кули создала постоянную преграду для миграции лосося и стальноголового лосося в верхнее течение реки Колумбия (необратимый эффект). Со времени первого перекрытия плотиной реки индейцы были сильно заинтересованы в восстановлении пути прохождения анадромных рыб в верховья Колумбии, однако возможности для этого были призрачны вследствие больших материальных инвестиций, привлеченных для реализации. Экологи, коренные американцы и представители канадских племен выражали твердое желание вернуть лосося и стальноголового лосося в верхнее течение бассейна реки Колумбия. Однако непримиримые критики плотин на реке Колумбия полагали, что нереально рассматривать вопрос изменения положения плотины с этой точки зрения. Недостаток оценки совокупного воздействия для ряда крупных плотин на реке Колумбия является также серьезным упущением. Так, кризис, вызванный