В оз. Банное вода по всей глубине имела слабую коричневатую окраску, по-
видимому, за счет содержания в ней небольшого количества гуминовых веществ — ее
цветность составляла 85-90 град. (по хром-кобальтовой шкале). Скорее всего, по этой же
причине, но более слабую окраску до глубины 1,5 м имели воды 0з. Б. Хрусломены (38-
39 град.). Влияние на окраску воды гуминовых веществ подтверждают данные о
количестве растворенного железа, наиболее высокие концентрации которого отмечены
в пресных и поверхностных распресненных водах обоих водоемов. Ниже до глубины
хемоклина (2,5 — 3,5 м) вода была бесцветная, затем ее цвет менялся на зеленовато-
желтый и интенсивно зеленый (только на ст. Нг1, где он обусловлен развитием зелено
окрашенных аноксигенных фототрофных бактерий (бауу1сВеу ег а!., 2020; Лунина и др.,
2023)); затем вода вновь становилась бесцветной и немного желтела к придонным
горизонтам, однако, ее цветность с глубиной увеличивалась.
Величина рН существенно различалась для водоемов с пресной и соленой водой.
Так в оз. Банное, она изменялась в пределах от 9,05 до 9,97. Столь высокие значения
показателя связаны с активным продуцированием кислорода фитопланктоном в ходе
фотосинтеза (наблюдалось цветение озера), при этом на глубинах до 2-х метров
насыщение вод кислородом составляло 107-136 %. Минимальные значения отмечены в
придонном слое ст. Вп1 - 6,57-6,78. В оз. Большие Хрусломены величина рН изменялась
преимущественно в интервале 7,1-7,5; на всех трех станциях отмечено возрастание
показателя до 7,99-8,06 на глубине 1,5 м (над галоклином).
Озеро Большие Хрусломены в пределах всей обследованной нами акватории
характеризовалось четко выраженной стратификацией, наличием термо-, хемо- и
галоклина на глубине 24 м (рис. 26, в). На всех станциях верхние слои воды до глубины
1,5 м имели минерализацию/соленость (получена расчетным путем) 4,6-4,7 г/л; затем она
резко увеличивалась и постепенно достигала максимальных значений в придонных
горизонтах — 14,7 г/л на глубине 6,5 м на ст. Нг2 и 24 мг/л (18,5 м) на ст. Нг1. Термоклин
на всех трех станциях, включая наиболее мелкую приближенную к морскому краю озера
ст. НгЗ, начинался на глубине 2,5-3 м. Можно отметить, что по всей акватории озера на
всех обследованных участках акватории с глубиной 6 м и более температура воды на
глубине 4 м составляла 9,3- 9,5°С; затем она постепенно снижалась до минимальных
значений в нижних слоях монимолимниона: $-7,8°С на ст. Нг2 (8,4-8,5°С на этой же
глубине на ст. Нг1) и 7,6-7,5°С на глубоководной станции. Эта же глубина 4 м являлась
нижней границей распространения кислородных вод, ниже находятся воды зараженные
сероводородом. Слой сосуществования аэробных и сероводородных вод (хемоклин)
занимал глубины от 3,5 до 4 м.
В оз. Большие Хрусломены сероводород фиксировался повсеместно, начиная с
глубины 3,5-4,5 м. Даже на наиболее приближенной (-500 м) к морскому краю озера
ст. Нг3 он появляется сначала в следовых количествах (0,01 мг/л) на глубине 3 м, а затем
в придонном слое воды (4 м) - 0,12 мг/л. В этом же диапазоне глубин отмечено появление
сероводорода и на других станциях (рис. 26, в). По мере нарастания глубины количество
его постоянно увеличивается, достигая максимальных значений в придонных горизонтах
— 117 мг/л на ст. Нг2 на глубине 6,5 м (97 мг/л на этой же глубине на ст. Нг!) и 603 мг/л
на глубине 18,5 м ст. Нг!. Полученные в текущем году высокие концентрации
сероводорода в придонных глубинных водах хорошо согласуются с результатами,
полученными нами здесь ранее — с 2013 по 2019 гг. (Лосюк и др., 2019) и сопоставимы с
данными для меромиктического оз. Трехцветное (Ругозерская губа Кандалакшского
залива Белого моря), отделившегося от моря в результате поднятия суши, начавшегося
после схода ледника 10-12 тыс. лет назад (Лосюк и др., 2021). Высокие концентрации
сероводорода в монимолимнионе, особенно в его нижних горизонтах обусловлены
высокой активностью сульфатредуцирующих бактерий, как по данным (ЗауутсВеу е{ а|.,
405