нижним частям склонов (200-300 м н.у.м.) произрастают леса, состоящие, главным
образом, из каменной березы (Ветиа егтапи). На верхних частях склонов — заросли
стлаников и кустарников.
Образцы торфа были отобраны в 2014 г из шурфа в ЮВ части болота
(максимальная глубина 355 см). Всего получено 86 образцов объемом 5-10 см? через
каждые 2—5 см в зависимости от мощности горизонтов торфа и пепла. Для
ботанического анализа торфа образцы были подготовлены стандартным методом:
торф помещали в слабый (5%) раствор КОН и отстаивали не менее 24 ч. После этого
образцы промывали через сито с диаметром ячеи 250 мкм. Для идентификации
растительных 
остатков 
использовали 
микроскоп 
и 
атласы-определители. 
Для
построения 
модели 
торфонакопления 
были 
использованы 
16 
оригинальных
радиоуглеродных датировок сцинтилляционным методом и данные о возрасте 26
прослоев тефры (Ропотагеуа е{ а!, 2015).
Применение 
комплексного подхода позволило 
провести реконструкцию
динамики болотной растительности и климата северо-восточной Камчатки в среднем
и позднем голоцене. Совместное использование тефрохронологии и радиоуглеродного
датирования для определения возраста торфяных отложений залежи болота Кумроч
сделало возможным детально воссоздать историю эруптивной активности и ее
влиянии на динамику экосистемы малого болота. Всего в отложениях торфяной
залежи 
определено 
28% 
прослоев 
тефры 
разной 
мощности, 
возраст 
нижнего
идентифицируемого слоя составил 4892 кал. л.н. (Ропотатеуа е{ а!., 2015). На
настоящий момент исследуемый разрез — один из самых хорошо датированных на
территории Камчатки. 
Высокая частота отбора образцов 
позволила получить
реконструкцию с временным разрешением не более 100 лет. Из 28 выявленных
прослоев тефры мощность десяти составляла один см, восьми — от двух до пяти см,
семь пепловых прослоев имели мощность от пяти до девяти см, и только три тефры
составляли десять см. Средний интервал между извержениями составил —240 лет,
среднее значение скорости вертикального прироста торфа (+ ошибка среднего) — 0.63
+ 0,07 мм/год. Значимой взаимосвязи между скоростью вертикального прироста и
величиной межпеплопадного интервала (коэффициент корреляции Спирмена = -0.26,
р=0.25), так же, как и мощностью нижележащего прослоя тефры (коэффициент
корреляции Спирмена = 0.008, р=0.97) не было выявлено.
Ботанический анализ торфа показал, что среди растений-торфообразователей
изученной торфяной залежи на протяжении последних пяти тысяч лет преобладали
(до 98%) осоки, такие как Сагех уемсаа, С. вупостатев, С. захай5, С. пидаепаоти, С.
сапезсеп5, С. гошипаша, С. Итоза. Эти виды, характерные для низинных и переходных
болот, распространены повсеместно, чаще — в лесном поясе до 1000 м н.у.м. (Якубов,
Чернягина, 2004). В нижней части залежи (4890—2900 кал. л.н.) в небольших
количествах также были встречены остатки неопределенных травянистых растений и
семена ситника (Липси$ 
$р.). 
В образцах, датированных 2900-1480 кал. 
л.н.,
обнаружены остатки сфагновых мхов ($рЛИавпит $р.) и коры ивы (5айх $р.). В верхней
части залежи (с 1480 кал.л.н.), кроме осоковых, отмечены остатки Веша, Уассттит
ийвтозит, байх, 5рлавпит 1еге5, Урлавтит 5ибшуит, Едиветт, Липси5, ЕторЛогит.
Результаты исследования показали, что тонкие слои тефры (1-2 см), как и более
мощные (до 
10 см), 
не 
приводили к изменению скорости торфонакопления
исследованной торфяной залежи за последние -5000 лет. Также этот показатель был
выше, 
чем 
в 
среднем для 
болот 
Камчатки 
(Захарихина, 
2014). 
Это может
свидетельствовать 
об устойчивости торфообразующих растений к пеплопадам
подобной мощности. Хотя выпадения пепла могли изменять флористический состав
болотного фитоценоза, они не приводили к полной смене доминирующих видов.
184