19
Центральной Азии. У Казахстана это бассейны Иртыша и Или. По этим
двум бассейнам китайцы сейчас отбирают на 7 кубических километров
больше, чем отбирали раньше. Это отражается, конечно, и на киргизах, у
них там общие водотоки. Второй донор казахских рек — это Россия, река
Урал или, как его называют казахи, Яик. Там убыль в последние тридцать
лет составляет 7 миллиардов кубов в год. Для реки с годовым стоком в 20
миллиардов это критическая разница.
- А пробовали договориться с китайцами?
- Там 
работает 
казахско-китайская 
КОМИССиЯ, 
которая
систематически 
обменивается 
данными 
по 
стоку, 
по 
расходам, 
по
водопотреблению. Но пока соглашения о разделе вод нет. Китайцы на это
вроде не согласны, так прощупывается. Но даже если они заберут то, что у
них формируется на территории Черного Иртыша и в верховьях Или, для
Казахстана это не будет гибельным, потому что при этом по Иртышу
остается где-то порядка 3,5-4 миллиардов кубометров свободной воды,
которую по национальному плану развития водного хозяйства Казахстана
предполагается перебросить по трассе, которая когда-то намечалась для
переброски сибирских рек, в низовья Сырдарьи.
Хуже с бассейном Балхаша. Если китайцы заберут всю воду, которая
формируется на их территории в верховьях Или, то Балхаш потеряет свою
отметку. Он не потеряет весь сток, но потеряет отметку. Пострадает в
первую очередь энергетика, потому что там Бухтарминская ГЭС и другие.
Это неприятное явление, но пока в этом направлении никаких особых мер
не предпринимается, хотя общественность Балхаша достаточно активна.
Ситуация 
с 
Аральским 
бассейном 
намного 
сложнее. 
Намного
сложнее, потому что Арал угробили, если говорить прямо. На сегодня
вместо Арала существуют три разрозненных водоема. Это Малое Северное
море в дельте Сырдарьи, это глубокое Западное море, но бессточное, на
территории в основном Узбекистана, частично Казахстана, которое еще
сохраняет свой объем именно из-за большой глубины. Когда-то там было
60 метров, сейчас осталось порядка 35 метров глубины. И Восточное море,
которое периодически то появляется, то исчезает. В маловодные годы оно
исчезает, остаются ветленды, то есть болота и лужи. А в многоводные
годы пополняется на два, на три метра, в 2010 году подскочило аж на
четыре метра.
- Там же дамбу построили, в Казахстане?
- В Казахстане — да, а здесь 
— нет. И там, и тут это одна
принципиальная 
разработка. 
Наша. 
Я 
имею 
в 
виду — Научно-
исследовательский центр Межгосударственной водной комиссии, который
я возглавляю со дня его основания в 1992-ом году. Мы делали эти схемы