Дарджомча. Да! 
Коммунисты и комсомольцы борются с множеством недостатков и
неполадок, 
наблюдаемых ими.
Но кто теперь вспоминает о той борьбе, 
что велась здесь двадцатилетие
назад? Такие слова, как "опиум", "оспа", "холера", 
"басмач", уже забыты в
Рушане. 
Даже слова "ликбез", "бедняк" уже никому не нужны.
В богатом колхозном Рушанском районе -- лучшие на Памире средние
школы-десятилетки, 
такие, как в кишлаках Барушан и Дирзуд, расположенных в
широко раскинувшейся долине Пянджа.
Я посетил барушанскую среднюю школу имени Ленина. 
В ней тридцать
учителей, из них четыре с высшим образованием и восемь с незаконченным
высшим. 
Из шестисот выпускников этой школы многие десятки получили высшее
образование в Сталинабаде, 
Ташкенте, Ленинграде, Москве. Музыканты,
оканчивающие Московскую консерваторию; офицеры в званиях майоров и
подполковников; артисты и артистки, известные всей стране; художники,
режиссеры, 
врачи, 
инженеры и агрономы -- вот те уроженцы Рушана, 
что, 
став
советскими интеллигентами, работают и учатся во всех районах Таджикистана, 
в
разных городах всей Советской страны. Больше ста человек, 
окончивших высшие
или специальные средние учебные заведения, 
вернулись в Рушан и теперь
работают здесь.
Рушан справедливо считается кузницей кадров памирской интеллигенции.
Людей, 
получивших среднее и высшее образование в нем, 
пожалуй, 
больше, 
чем
даже в Хороге.
А я хорошо помню, 
когда медленно-медленно, 
от кишлака к кишлаку, 
в
которых не найти было азбучно грамотных людей, двигался караван экспедиции,
а навстречу ему шел полтора месяца из Сталинабада в Кала-и-Вамар караван с
почтой, 
с газетами, 
устаревшими на полгода. 
И измученные лошади экспедиции,
израненные почтовые ослики срывались в Пяндж на обрушивающихся оврингах.
У меня есть рассыпающаяся рукописная книга -- "Тавизкитоб".. Ее
страницы желты, -- бумага сделана из тутового корня. Этой книге
приблизительно четыреста лет. Она написана неизвестно кем. Я купил ее в 1932
году у брата ишана ЮсуфАли-Шо -- дряхлого духовного грамотея
Шо-зода-Магомата. 
Он сказал, что это "Книга Тимуров". Вот единственный вид
литературы, 
какую тогда можно было встретить в Бадахшане.
Теперь в рушаиских библиотеках я видел многие тысячи книг. В кишлачных
чайханах-читальнях памирцы на родном и на русском языке читают Пушкина и
Горького, Ленина и Сталина, романы своего классика Айни, 
"Индийские баллады"
Мирзо Турсун-заде и поэмы о Пяндже своего Миршакара.
На тридцать пять километров тянется по почти недоступным скалистым
обрывам, 
высоко-высоко над долиной Пянджа, 
великолепный Дирзудский канал,
построенный в 1938--1939 годах. Этот канал, 
обеспечивший водой половину
Рушанского района, -- подлинное чудо строительного искусства горцев,
свидетельство их необыкновенной трудовой доблести. Из кишлаков долины,
всматриваясь простым глазом в нависшие на чудовищной высоте скалы, этот
канал разглядеть можно только едва-едва. Все население Рушана строило этот
канал, так же как все население Рушана строило в 1940 году автомобильную
дорогу -- Западно-Памирский тракт имени Сталина -- в таких же отвесных
скалах. Это был не только добровольный труд, необходимость которого
сознавалась каждым рушанцем. 
Это был труд, 
в котором впервые весь рушанский
народ зажегся одним порывом, 
ощутил вдохновение строителей своей судьбы,
своего счастья. Каждый знал, что вода и дорога дадут рушанцам все, 
о чем они
прежде едва смели мечтать.
Построив Дирзудский канал и Памирский тракт, построив колхозы и школы,
советские рушанцы узнали большее: 
они узнали, что на этой стороне Пянджа
есть радость 
в 
сегодняшнем дне, 
уверенность 
в завтрашнем, 
а значит, 
есть
счастье, которого у другой половины рушанского народа, -- у рушанцев,
живущих на т о й стороне реки, -- нет!
322