стороны света, 
тянулись от этого пятна неопределенными пунктирными линиями.
На севере из этого пятна выдвигалась надпись: 
"ледник Федченко 
(Сель-Дара)".
Эти овеянные легендами названия попали на карту с тех пор, 
как в 1878
году энтомолог В. Ф. 
Ошанин сделал неожиданно для себя свое замечательное
открытие.
С группой казаков и местных киргизов он поднимался по реке Мук-су,
впервые исследованной за два года перед тем
28 П. Лукницкий
участниками военной экспедиции Л. 
Ф. 
Костенко и топографом Жилиным и
бегло описанной в 1877 году геологом И. В. Мушкетовым, 
видевшим ее с
перевала Терс-Агар.
Ошанин продвинулся на юг дальше Жилина и на пути вдруг, как пишет он в
своем сообщении "На верховьях Муксу", 
"разглядел, что поперек долины
проходит какой-то вал, 
который нигде не представлял значительного понижения,
и я недоумевал, 
каким образом река не размыла этого, повидимому, 
ничтожного
препятствия. 
По мере того как мы подъезжали ближе, 
на темной поверхности
этого вала стали выделяться белые блестящие пятна и в одном месте виднелось
углубление, похожее на вход в пещеру. Я был сильно заинтересован этим
странным образованием и долго не мог понять, 
что бы это могло быть. Наконец,
когда мы приблизились на какие-нибудь полверсты, 
дело разъяснилось. Перед
нами был конец громадного ледника".
Изучая окрестные горы, 
гигантские обломки скал, 
покрывавших язык
ледника, шестидесятиметровые обрывы обнаженного зеленоватого льда, 
Ошанин
решил, 
что судить об истинной длине ледника он не может, но думает, что этот
ледник не короче пятнадцати-двадцати километров, 
а значит, 
по мощности один
из первых в Средней Азии.
Никакая фантазия не подсказала осторожному в своих выводах
исследователю, что в действительности он открыл величайший в средних широтах
мира ледник, 
истинные размеры которого были определены только пятьдесят лет
спустя!
После неудавшейся попытки продолжать дальше путь с караваном В. Ф.
Ошанин двинулся обратно по реке к урочищу Алтын-Мазар, 
и здесь старик киргиз
рассказал путешественнику, 
что знает этот ледник, 
потому что в юности ходил
туда охотиться на козлов; 
что ледник тянется вверх верст на тридцать-сорок и
что где-то в его верховьях существует перевал Кашал-аяк, 
которым в далекие
прошлые времена изредка пользовались люди, 
ходившие в долину Ванча.
Увлеченный этим рассказом, В. Ф. 
Ошанин, 
взяв с собою двух спутников,
вернулся к леднику, 
с трудом поднялся на его язык, 
но, 
не имея опыта
восхождений по ледникам, 
вернулся вниз, 
справедливо впоследствии приравняв
стремление изучать ледник без такого опыта к попытке "отправиться на тигра
без всякого оружия".
И все же через тридцать один год нашелся смельчак, рискнувший без
всякого опыта восхождения на ледники подняться на ледник Федченко и изучать
его в поисках легендарного перевала Кашал-аяк.
Таким смельчаком оказался топограф Н. И. 
Косиненко. 
С группой казаков
верхами, перевалив в июне 1908 года перевал Терс-Агар, он по крутым зигзагам
тропы спустился к Муксу у Алтын-Мазара. 
Он так описывает свой путь:
"С перевала долина Муук-Су представляется громадным провалом, 
глубиной
около трех тысяч футов, 
по дну которого разбегаются многочисленные рукава
Муук-Су. Впереди за нею возвышаются три пика высотою не менее двадцати тысяч
футов, более чем наполовину покрытых снегом. Здесь, южнее подошвы перевала
Терс-Агар, имеется обширный тугай из тала, 
облепихи и шиповника с
разбросанными по нему ветхими зимовками Алтын-Мазара.
В нем находятся пятнадцать кибиток киргизов, 
на лето откочевывающих на
северный склон Терс-Агара. Они занимаются скотоводством и земледелием, 
и
поэтому необходимое в поездке продовольствие у них достать возможно.
284