Большую часть года зимовщики "Сареза" бывают отрезаны от всего внешнего
мира. Только поздней весною стаивает снег на перевале Лянгар-кутал. Путь
через него даже летом опасен и чрезвычайно труден. Но это единственный путь,
которым может прийти к гидрометеостанции "Сарез" караван от перевалочной
базы, расположенной на Восточном Памире, у озера Яшиль-Куль, куда в наши дни
легко доехать на автомобиле.
И надо сказать: этим путем почти каждое лето к зимовщикам станции
приезжают гости. Альпинисты, 
топографы, 
гляциологи, ботаники, магнитологи,
геологи все чаще посещают этот интереснейший, 
теперь уже не заповедный, хотя
и попрежмему труднодоступный район. Станция "Сарез" для них -- опорная база.
Каждый приехавший сюда хочет прокатиться на моторной лодке по огромному
озеру, даже не для работы, 
а просто, чтоб увидеть своими глазами и запомнить
на всю жизнь удивительную красоту его берегов и его прозрачно-зеленой воды,
толща которой над дном достигает полукилометра.
Сейчас у работников станции есть новый моторный баркас и резиновая
лодка. 
Опыт плаваний по озеру многому научил работников станции. 
Они всегда
стараются держаться подальше от берегов, потому что у отвесных береговых
круч им угрожают камнепады, 
"каменные дожди", 
каменные лавины... Со страшным
грохотом рушатся горные породы в прозрачную воду, пораженный участок озера
закрывается густым облаком пыли, 
она оседает медленно, распространяясь над
поверхностью слабеющей мглой.
Бывают периоды, 
когда обвалы следуют один за другим, 
и тогда пыль
поднимается до гребней высоких гор. 
В 1932 году такие обвалы часто бывали в
том районе, 
где произошел Усойский завал и где после него обнажились те
горы, 
от которых отделилась, 
соскользнув в долину, 
вся исполинская масса
завала. Н. А. Караулов, работавший в то время на озере, 
слушал гул этих
обвалов примерно каждые полчаса, 
а облака пыли не расходились над горами
иногда по целым дням. 
Это было похоже на глухое ворчание готовящегося к
извержению вулкана, хотя каждому известно, что на Памире вулканов нет.
Природа в районе озера грозна, сурова, капризна. 
Но людям надо знать
главное: многолетнее изучение озера дало ученым право утверждать, 
что в
ближайшее время опасности прорыва завальной плотины нет. А если б такая
опасность возникла, 
точнейшие приборы, 
внимательнейшие наблюдения указали бы
на нее заблаговременно. Население Бартанга и других угрожаемых мест было бы
во-время предупреждено.
Работники станции гордятся ответственностью, лежащей на них. 
Они
бдительны!
Обузданный Гунт
Инженер Н. А. Караулов в период работы Таджикской комплексной
экспедиции объехал почти весь Памир. 
Он изучил повадки Пянджа, 
Гунта,
Висхарви, 
Каинды, 
Балянд-Киика, 
Кокджара, 
Танымаса и других рек Памира. 
Он
рассчитал, какой энергией обладает каждая из них, 
примерился, 
где и какие
можно построить электростанции. 
Он побывал на озере Яшиль-Куль, 
которое в
древние времена образовано завалом, 
подобным Сарезскому. И потом приехал в
Хорог и поставил свою палатку в абрикосовом саду, под огромным тутовым
деревом. 
И 10 сентября 1932 года здесь, 
в областном центре Памира, 
в столице
Горно-Бадахшанской автономной области,
люди из обкома партии -- таджики и русские -- собрались слушать доклад
начальника гидроэнергетической группы.
В маленьком белом домике, 
над пенными водами Гунта, тускло светили,
мигая и затухая, две электрические лампочки: работал движок, 
привезенный в
Хорог пограничниками за год перед тем. 
Надоедливый стук одноцилиндрового
мотора, казалось, изрядно мешал докладу инженера-гидроэнергетика. Начальник
пограничного отряда смотрел на мигающие лампочки и что-то шептал на ухо
начальнику строительства Памирского автомобильного тракта. 
И председатель
правительственной комиссии, 
посетивший Хорог, толкнул их тихонько Ппод
275