Впрочем, 
и в этих арыках вода кристально-чиста. Врезанные в крутизну
склонов, 
а местами врубленные в скалу, они, 
один выше другого, пересекают
город, 
проходят через тенистые сады и поля, 
журчат вдоль каменистых улочек.
В нижней части Хорога, 
там, 
где он клином вдвигается между скалистым мысом и
прижимающимся к нему Гунтом, 
арыки струятся, огибая огромные гнейсовые
глыбы, некогда сорвавшиеся с большой высоты. Вокруг глыб, 
на ярко-зеленых
лужайках, 
под ветвистыми шатрами тутовника, пасутся коровы в овцы, 
а
маленькие, 
сложенные из камней жилища дехкан то примыкают к глыбам, 
то
громоздятся на них, 
как на высоких фундаментах. Только это место и осталось
похожим на старинный шугнанский живописный, 
но неудобный для жилья кишлак.
Впрочем, 
и в эти каменные жилища проведен электрический свет, стены их
изнутри оштукатурены и побелены, 
в стены вставлены оконные рамы, 
а стекла
прикрыты кисейными занавесками.
.‚.. Шум Гунта, монотонный, шелестящий, 
плавный, 
настолько вошедший в
восприятие хорогцев, 
что никто и не 
слышит его, 
заглушает звучание арыков.
Но если внимательно вслушиваться, 
непременно услышишь разные голоса воды, 
и
все вместе они дают ощущение величественной тишины и покоя. Забывшись,
уходишь мыслью в глубокие времена *патриархального памирского быта, 
и
только звонкий, чистый голос таджикской певицы, 
вырвавшийся из
радиоприемника, 
вдруг включенного в 
одном из каменных, 
неказистых с виду
жилищ, 
возвращает задумавшегося путника в 
наши дни, 
столь не похожие на все,
чем и ныне характерен тот Восток, что начинается в каком-нибудь километре
отсюда, сразу за рекой Пяндж, 
в селениях Афганистана, где все осталось таким
же, 
каким было тысячу лет назад...
В правлении колхоза имени Сталина
О чем только не передумаешь здесь, 
в этой обстановке, обыденной для
всех местных жителей и столь необычной для приехавшего сюда издалека
человека! А особенно если он здесь не в первый раз и у него есть личные
впечатления для сравнения прошлого с настоящим!
Вот тут, где сейчас на маленьком поле видна колхозная электромолотилка,
помнится, 
я проводил сентябрьскую ночь в 1932 году, -- на том плоском камне
было постлано одеяло, 
а привязанный к тому дереву конь мерно похрустывал
ячменем. 
И вдруг затмилась луна, 
и весь Хорог погрузился в смятение. 
От дома
к дому бегали комсомольцы, 
тщетно пытаясь разъяснить старикам, что ничего
ужасного в небе не происходит, -- еще накануне комсомольский актив был
предупрежден о предстоящем затмении. 
Но непосредственное воздействие от
внезапного исчезновения луны оказалось сильнее увещеваний комсомольцев,
которые и сами-то в душе не были слишком спокойны! 
Тревожный гром бубнов
разливался по всему залитому тьмой Хорогу. "Борьба с духами" сопровождалась
криками, 
ударами в железные листы, 
ведра, 
лохани.
Через несколько минут луна снова сияла в полную силу, но взволнованные
люди не успокаивались до рассвета, жгли костры, 
не спали, 
бормотали о чем-то
своем.
А теперь... Вместе с одним из работников обкома партии я только что
осматривал колхоз имени Сталина. Это колхозмиллионер, укрупненный в 1950
году. В конторе правления я сразу же потерпел неудачу: председателя колхоза
Бахтали Чусталиева здесь не оказалось, 
а бухгалтер Шабдалов и парторг
колхоза Мабат-Шо-Абдул Гафаров, услышав, как мой спутник отрекомендовал меня
"товарищем из Москвы", 
решили, 
что к ним в моем лице явился какой-либо
обследователь или уполномоченный. 
Они оба с готовностью выложили на стол
необходимые пайки и, 
дождавшись, когда я, 
®в свою очередь, раскрыл
записную книжку и взялся за карандаш, 
начали засыпать меня цифрами.
Делать было нечего: 
я стал их записывать, надеясь позже добраться и до
живых людей.
"... Дворов -- 236. Бригад в колхозе: полеводческих -- б, 
садоводческих
-- 2, 
строительная --1, в животноводстве работает доярок-скотниц --16,
пастухов--12, овчарей-чабанов26, 
птичниц -- 2, пчеловод -- 1... "
Я записывал цифры покорно, 
с теми подробностями, 
какие мне излагал,
207