Давай когаз (бумажку).
Тут, однако, Мешков уперся: предсельсовета и коммунист приедут и без
бумажки. 
Их прямая обязанность участвовать в разбирательстве.
Посланный уезжает, и я жду с нетерпением, любопытствуя, что это за
странное разделение: 
одно -- это сельсовет, другое -- коммунист. Мешков
продолжает расспросы, 
и здесь выясняется, что все киргизы этой группы совсем
не из здешних мест. Они попросту едут мимо, 
едут из ущелья Баш-Гумбез в
урочище Тагаркакты.
Что ж вы сюда приехали? -- хмурится Мешков.
Свидетели.
Все?
Конечно, 
все.
Ты видел? -- спрашивает Мешков ближайшего.
Нет. Зачем видел? Сам не видал.
А ты?
Нет.
Почти все отвечают так же и, 
видимо недовольные прямым опросом, 
садятся
на коней, уезжают. Мешков не пытается их удерживать. Кашон сидит на земле,
тихонько похныкивая. Остается человек десять. Мешков обращается к ним:
Из какого рода баи?
Хадырша.
А Кашон?
Кипчак.
Кашон с баями не ссорился раньше?
12 П. Лукницкий
Нет, совсем хорошо жили, 
уважали друг друга, 
а сегодня просто шайтан
сделал ссору.
А хадырша и кипчаки у вас дружно живут?
Быстро оглянувшись на других и, 
видимо, 
убедившись, 
что никто ему
перечить 
не станет, 
киргиз отвечает:
-- Конечно, 
совсем хорошо. Говорим -- шайтан! Мешков опять
расспрашивает о причинах избиения. 
Опять
куча неясностей. Приблизительно так: лошадь Кашона с тремя лошадьми
Олджачи-бая и Джутанга-бая ушла далеко, за несколько километров. 
Кашон
поехал за ней, чтоб пригнать ее. Пригнал ли он ее одну или всех четырех --
неясно, 
потому что киргизы противоречат один другому, 
но когда Кашон
появился "в кочевке направо", 
баи, 
то ли за то, что он пригнал и их лошадей,
то ли, наоборот, за то, что он их не пригнал, 
принялись его бить. Свидетели
считают, 
"били семь человек. Такой-то -- ударил два раза, такой-то -- пять
раз, такой-то -- четыре раза".
А вы что же? Смотрели?
Да, 
конечно, 
смотрели...
Едут еще несколько всадников. Кто?
Коммунист, сельсовет...
А баи?
Баи нет. Баи далеко живут.
Как далеко?
Совсем далеко. Очень далеко. Надо завтра ехать... Всадники подъезжают.
"Коммунист" важен необычайно. 
Он
в синих галифе, 
в афганском военном френче из шугнанского сукна, 
в
киргизской шапке и халате. 
Он разговаривает с другими, 
как бог, почти с
115