опубликованное в 1922 году, в давно ставшем библиографической редкостью
ташкентском журнале "Новый мир" 
(No 6--7), оно почти недоступно читателям.
Вот оно:
"... после мертвых ущелий пройденного пути Аличурская долина приятно
поражает зеленеющим простором, 
сравнительно обширным горизонтом, увенчанным
снеговыми гребнями гор и ровной, 
как стол, поверхностью. Ближе к южному краю
долины течет река Аличур, 
прихотливо извиваясь среди низких сазовых берегов,
изрезанных протоками и родниками, 
блестевшими порою, 
как стеклышки, 
на
ослепительном солнце. Благодаря прозрачности воздуха и необыкновенно
сильному освещению все окрестности рисовались с такими подробностями, 
как
будто находились от нас в непосредственной близости. Погода стояла
прекрасная, 
и ехать по долине было большим удовольствием. Организм уже
освоился с большой высотой, 
сердце билось спокойно и ровно; дышалось легко,
во всяком случае, без той мучительной тяжести в груди, которой мы страдали в
начале путешествия. Мягкая тропинка, простор, чистый воздух, небо
изумительно синее и скалистые суровые горы, 
уходящие вдаль бесконечными
линиями, 
создавали бодрое и хорошее настроение. Тихо, кое-где видишь юрты,
дымок и стада кутасов *. Словно табуны медведей, 
бродили эти странные
животные по долине, 
издавая хрюкающие звуки и мрачно посматривая на новых
пришельцев. 
Вместе с архаром, 
тоже замечательным животным Памирских высот,
обросший до копыт длинной шерстью як также является типичным представителем
Памира с той лишь разницей, что архар 
(Ом15 ро111) 
дикое, 
а як домашнее,
миролюбивое животное. 
В быту памирских киргизов, 
самых чистых номадов, 
коих
только знает Туркестан, кутас является весьма важным элементом хозяйства.
Это не только молочное и мясное животное, 
но также и вьючное, 
необычайно
выносливое и приспособленное к памирским условиям. 
Ни громадная высота
местности, 
ни глубокий снег не составляют для яка существенного затруднения,
и только на нем можно совершить здесь труднейшие подъемы на хребты и
ледниковые перевалы. 
Не хуже козла, як идет по утесам; с удивительной
легкостью, непонятной для его грузной фигуры, 
он вместе со всадником
перепрыгивает с камня на камень и взбирается на громадные кручи.
* Киргизское название яков.
Чем дальше мы подвигались на запад, 
тем шире становилась долина, 
но
вместе с тем беднее, 
пустыннее. 
Редкая зелень сходит на нет, и
каменисто-песчаные пространства овладевают долиной. 
На серожелтом
безжизненном фоне теперь резче выступали разбросанные всюду белые кости
архаров, 
которые в снежные зимы гибнут здесь от бескормицы и усеивают своими
бесподобными рогами дороги. 
Еще безотраднее стала местность, когда тропинка
повела по громадным холмам древних морен, кое-где прикрытых глинистой
коркой, 
а местами не задернованных, 
сложенных обломками скал, изъеденными
самым причудливым образом процессами выветривания. Глядя на эти накопления
материала, 
похожие в миниатюре на горную страну с хребтами, 
долинками,
котловинами, 
озерками и т. д., 
невольно представляешь величие тех ледников,
которые вынесли из гор этот материал и построили из него на долине целый
горный участок... Пройдя морены, 
мы спустились в общирную котловину, на
которой синело резкой полосой небольшое озеро Сасык-Куль, 
с противной, как
оказалось, горько-соленой водой, 
переполненное небольшими ракообразными. 
На
поверхности озера плавало множество уток, 
главным образом атаек, 
несъедобных
красных уток, привлекаемых на Сасык-Куль обилием корма.
Берега озера низменные, 
солонцоватые, 
с небольшими возвышениями на
восточном берегу, которые образовались из водорослей, 
наносимых прибоем. 
За
этими возвышениями тянулась голая равнина с редко сидящими солянковыми
растениями и упиралась в скалистые предгорья, 
однообразного пепельножелтого
цвета... 
"
Аличур в тридцатом году
В июле 1930 года, вопреки крайне неблагоприятной обстановке, Юдин,
Хабаков и я, 
приехав верхами с четырьмя предоставленными нам для охраны
100