ТПЭ -- ТаджикскоПамирской экспедиции. История организации экспедиции такого
небывалого, 
возможного только в Советской стране масштаба стоит того, чтобы
о ней рассказать.
Весной 1936 года в Москве праздновался юбилей пятилетия со дня начала
организации этой экспедиции. 
В Доме ученых собралось около тысячи человек,
каждый из которых так или иначе принимал участие в экспедиции. Выставка,
посвященная итогам пятилетних работ, рассказывала посетителям о сотнях
открытых и изученных месторождений полезных ископаемых, 
о разгаданных белых
пятнах, 
замененных на географических картах линиями горизонталей рельефа,
сеткой речных систем, 
треугольничками высочайших пиков, 
названиями кишлаков
и ущелий; выставка рассказывала об особенностях климата, 
о ледниках Памира,
о деятельности созданных экспедицией в самых труднодоступных углах страны
обсерваторий, метеорологических пунктов, биологических стационаров -- обо
всем, 
что было сделано руками тех, кто в этот вечер присутствовал в Доме
ученых.
В залах были выставлены сотни книг, составлявших труды экспедиции.
Тысячи фотографий и рисунков изображали рудники, шахты, 
заводы, 
фабрики,
комбинаты, 
созданные на открытых и изученных экспедицией месторождениях;
оазисы, 
белеющие тонковолокнистыми, 
невиданными прежде в СССР сортами
хлопчатника, 
там, 
где почвы, 
грунтовые воды, 
энергетические ресурсы горных
рек и возможности ирригации были исследованы экспедицией; тропические
станции, 
больницы, 
новые поселки, 
построенные по планам, 
подсказанным
экспедицией... И много, много другого, что явилось следствием огромной
работы десятков, даже сотен экспедиционных отрядов и групп.
-- Я восхищен вполне энергией и энтузиазмом молодых деятелей науки, --
говорил, 
аплодируя собранию, 
президент Академии наук, белоглавый, 
но всегда
жизнерадостный академик А. П. 
Карпинский. -- Вам, 
мои друзья, есть что
вспомнить сегодня...
Слушая академика Карпинского, 
я размышлял о том, 
почему иные экспедиции
бывали неудачными, умирали в зародыше, 
не приносили народу никакой пользы, 
а
эта Таджикско-Памирская экспедиция сделала так много для развития народного
хозяйства и культуры Таджикистана и даже всей Средней Азии.
Конечно, 
первой, 
главной причиной успеха работ экспедиции было
повсеместное и непрестанное содействие, оказанное ей всем населением
республики, 
хорошо подготовленным партийными и комсомольскими организациями.
Но, 
кроме этой и многих других причин успеха всякой научно-исследовательской
экспедиции, есть и еще одна -- первостепенная, хотя о ней редко вспоминают.
Я имею в виду хорошую организованность экспедиции. 
От того, как организована
экспедиция, зависит успех или неуспех всей ее полевой работы. До революции в
нашей стране 
(а в капиталистических странах и по сию пору) 
люди,
отправляющиеся в экспедицию, 
чаще всего не умели 
(или не могли) 
снарядить
экспедицию так, чтобы в будущем ни в чем не терпеть недостатка; не
разрабатывали плана работ до мельчайших подробностей, 
не координировали
работу ученых различных специальностей между собой так, чтобы каждый из них
помогал друг другу; 
в экспедицию часто попадали случайные люди --
недостаточно опытные, 
выверенные, 
бескорыстные, 
не воспитано было в людях
чувство локтя, чувство товарищества. Именно поэтому погибали многие полярные
путешественники. Именно поэтому столько экспедиций на величайшую вершину
мира Чомолунгму 
(Эверест) 
оказались неудачными. Карьеризм, 
корыстолюбие и
тщеславие были единственным стимулом некоторых авантюристов, 
отправлявшихся
в неисследованные области.
Таджикско-Памирская экспедиция была советской. Преобладающее
большинство ее участников были людьми опытными, 
волевыми, 
воспитанными в
советских традициях, 
глубоко бескорыстными, 
влюбленными в свое дело.
Конечно, 
в экспедиции этой, состоявшей из сотен научных работников,
попадались и люди другого порядка, 
но сама жизнь отметала их очень быстро,
они в экспедиции не удерживались, 
им нечего было в ней делать.
Как же создавалась Таджикско-Памирская экспедиция?
23