Часть 3. Глобальные изменения и судьба ледников
Вопрос об интенсивности питания плейстоценовых ледниковых
покровов относится к числу сложнейших. Некоторые палеогеографы
считают ее низкой, в связи с чем высказывается немало сомнений в
совместимости упомянутых выше реконструкций с палеоклиматом
ледниковых эпох. Этот климат рисуется как сухой, неблагоприятный
для оледенения. Однако подобная точка зрения не может приниматься
без принципиальных корректив, так как она базируется только на
данных о снижении влагоемкости воздуха при похолодании и не
учитывает изменений в интенсивности атмосферной циркуляции.
Между тем ясно, что в ледниковые эпохи эта интенсивность возрас-
тала вследствие углубления температурных контрастов между сушей
и океаном, между полярными и субполярными областями (которые
охлаждались в среднем на 10°), с одной стороны, и низкими широта-
ми, с другой (они оставались почти столь же теплыми, как и в совре-
менную эпоху). Рост этих контрастов повышал энергию всех океанс-
ких и атмосферных процессов, что подтверждено конкретными
исследованиями океанологов и палеоклиматологов. Установлено, в
частности, что в эпохи глобальных похолоданий возрастали скорости
океанских течений, включая Гольфстрим и Куросио, усиливались
температурные градиенты на гидрологических фронтах и циркуляция
в субарктических круговоротах, активизировались процессы в зонах.
апвеллинга у западных берегов материков. Одновременно усилива-
лись ветры, включая пассаты; возрастала энергия круглогодичных
барических депрессий, приуроченных к стыкам океана с ледниковыми
покровами, в частности Исландской и субарктических; мощной и
круглогодичной становилась и Алеутская депрессия, которая в совре-
менных условиях проявляется лишь зимой.
Температурные перепады в зонах контакта сравнительно теплых
океанских течений с ледовитыми морями или ледяными берегами
вместе с большими скоростями ветра и бурностью океана делали эти
зоны центрами ускоренного поступления влаги из океана в атмосферу.
Такие центры в нашей литературе получили название энергоактивных
зон океана, или ЭАЗО. Исследование процессов взаимодействия
ЭАЗО Гольфстрима и Куросио сатмосферой позволили сделать вывод
о их ведущей роли в формировании климата и в его изменениях; эта
концепция легла в основу теории климата и долгосрочного прогноза
погоды, разработанной Г.И. Марчуком (1983).
Не приходится сомневаться, что ЭАЗО существовали и в эпохи
древних оледенений. Более того, в силу отмеченного выше усиления
межширотных температурных контрастов ЭАЗО ледниковых эпох
должны были отличаться особенно большой мощностью и высокой
повторяемостью. Есть данные, что в периоды активизации палео-
ЭАЗО перенос влаги с океана на континенты становился исключи-
тельно большим и в районах развития оледенения интенсивность
снегопадов заметно превосходила современную. Об этом, в частности,
говорят исследования Раддимена и Макинтайра (Кийатап, МсТт‘уте,
336
Глава 3. Гляциологический прогноз
1979), которые, изучив видовой и изотопно-кислородный состав
микрофауны из колонок глубоководных грунтов Северной Атлантики,
доказали, что на этапах быстрого роста оледенения десятки миллио-
нов кубических километров льда нарастали за интервалы времени в
5-10 тыс. лет. Причем поверхность океана, омывавшего уже оледене-
лые побережья Лабрадора и Гренландии, в то время была теплой.
Это значит, что в зоне Гольфстрима тогда должны были возникать
палео-ЭАЗО с очень высокими температурными градиентами. Анало-
тичные условия существовали, по-видимому, и в других зонах
столкновения теплых течений — Куросио, Бразильского и др. — с
ледовитыми водами субполярных круговоротов. Эти зоны были
тлавными центрами, в которых атмосфера получала влагу, шедшую.
на питание растущих ледников.
Большое влияние на ледники оказывают колебания уровня океана.
Позднеледниковые повышения уровня океана, имевшие гляциоэвста-
тическую природу, служили как мощным фактором ускорения
дегляциации, так и инструментом глобальной синхронизации круп-
ных этапов спуска льда в океан. Этот вывод вытекает из признания
большой роли «морских» (т.е. налегавших на континентальные
шельфы) ледников в древних оледенениях Земли, а также из понима-
ния решающей роли подъема уровня в нарушениях устойчивости
таких ледников, в скачкообразных отступаниях линии налегания и
сёрджах их ледяных потоков.
Основная причина выхода полярных ледниковых покровов в
океан — неустойчивость наземных ледниковых щитов (Мазо, 1989),
которые либо коллапсируют, либо, разрастаясь, переходят в новые
условия существования с дополнительными стабилизирующими
механизмами расхода льда. Когда наземные ледниковые покровы
распространяются по низко расположенным высокоширотным равни-
нам, их стабилизация происходит не ранее того, как они достигнут
океана, вступая с ним во взаимодействие и тем самым превращаясь
в «морские» ледниковые покровы. Один из элементов такого взаимо-
действия — стабилизирующий сброс айсбергов в океан.
По мере того как ледниковый покров достигает океана и продви-
тается в глубь него, последовательно возникает несколько уровней
включения морских механизмов абляции. Если очередной механизм
не компенсирует возрастающую аккумуляцию, то ледниковый покров
продолжает свое наступание до следующего уровня, т.е. до включения
нового механизма абляции. На максимальной стадии продвижения
в океан краевые зоны покрова переходят на плав, образуя шельфовые
ледники, а линия налегания, служащая границей между внутренними
частями покрова и плавучими шельфовыми ледниками, достигает
края континентального шельфа (рис. 3.38).
В настоящее время объем крупнейшего «морского» ледникового
покрова — Западноантарктического — составляет 15% современного
337