М. И. Будыко и соавторы использовали полуэмпирическую теплобалансовую модель — атмосферы; результаты — расчетов эффекта — повышения — температуры контролировались и интерполировались на картах отклонений температуры января и июля и годовых осадков с помощью палеоклиматических данных о термическом максимуме голоцена. А. А. Либерман с соавторами реконструировали палеоклимат термического оптимума голоцена, полагая его весьма близким к тому климату, который мог бы установиться в первой половине ХХ в. при удвоении СО, в атмосфере. Палеотемпературы и палеоосадки для множества точек па территории СССР были определены по спорово-пыльцевым спектрам — отражению характера растительных сообществ во время термического оптимума; интерполяция полученных данных с целью составления карт палеотемператур июля и января и годовых сумм палеоосадков выполнена с помощью специально разработанного метода нелинейной корреляции. К сожалению, чувствительность реконструкции палеоосадков этим путем оказывается пока невысокой; полученные карты сумм осадков менее детальны, чем у М. И. Будыко и соавторов. Но по мере методического развития этот подход может принести более детальные результаты. Развития заслуживают и другие названные подходы; во вВсякомМ случае, ныне их результаты различаются довольно значительно. На рис. 75 представлены результаты работы А. Шлезингера. В отношении лавинной активности они говорят о следующем. Основные изменения ожидаются в Северной Америке и Евразии. Зимние температуры повышаются к Северному полярному кругу на 4—6°, летние (на рис. 75 не показаны) — в основном до 2—4°. Это ведет к поднятию «уровня 365» на величину до нескольких сотен метров. Но снегозапас уменьшается лишь на 10—100 мм, а в ряде горных районов даже возрастает. Это означает рост количества твердых осадков и одновременное уменьшение их доли, переходящей в устойчивый снежный покров. Следовательно, можно ожидать, что вызванное потеплением поднятие «уровня О» будет меньшим, чем поднятие «уровня 365», и что увеличится размах по высоте поясов неустойчивого снежного покрова и редких снегопадов, где лавинная активность останется не менее высокой, чем ныне. Резкое увеличение зимней температуры и снежности на западных берегах Скандинавии приведет к возрастанию лавинной активности и, возможно, отрыву «уровня 0» от уровня моря, т. е. к росту и без того высоких здесь значений вертикальных градиентов лавинной активности. Значительно увеличится лавинная активность на Чукотке и Аляске на фоне хотя и повысившихся, но все же остающихся низкими зимних температур. Наибольшие изменения лавинной активности ожидаются в Антарктиде, не показанной на рис. 75. Здесь, по данным А. Шлезингера, снегозапас в прибрежных горах может возрасти даже на 500—1000 м. Результаты выполненного М. И. Будыко и соавторами прогноза антропогенных изменений климата на 2025 г. использовали для производного прогноза лавинной активности В. Ф. Околов (Околов, Мягков, 1987) применительно к Хибинам, С. М. Мягков и М. К. Кошоев (1986) применительно к Центральному Тянь-Шаню. Согласно климатическому прогнозу, в Хибинах температуры января и июля возрастут на 5°, годовая сумма осадком на 600 мм. Чтобы на основе этих данных построить количественный прогноз изменений лавинной активности, нужно прежде уточнить те лавиноиндикационные показатели климата, которые описаны и разд. 2.4. В. Ф. Околов сделал это путем подбора такого района, в котором современные показатели климата отвечают прогнозируемым для Хибин. Таким районом оказались Польша и север Германии. Далее потребовалось определить, как могли бы и будущем измениться вертикальные — градиенты температуры и твёрдых осадков. Это сделано по Данным о месяце-аналоге января 2025 г.; им оказался современный апрель.