На территории, расположенной выше 3000 м над уровнем — моря, распространены лавины всех генетических типов; лавины, сходящие при снегопадах, составляют 16%, при весеннем снеготаянии — 2, при оттепелях — 1,5, при метелях — 0,6, лавины сублимационной перекристаллизации — 2,5% всех учтенных лавин. Январский и мартовский максимумы выражены еще резче, чем в поясе 2500—3000 м. Таким образом, на территории Большого Кавказа наиболее широкое распространение имеют лавины при интенсивных снегопадах и при оттепелях, которые встречаются повсеместно; остальные типы лавин встречаются в основном выше 1500 м. На отметках 2500 м наиболее лавиноопасен январь (от 65% общего числа лавин в поясе ниже 1500 м до 45% в поясе 2000—2500 м). Выше обозначается также второй, мартовский пик повторяемости лавин, причем в поясе 3000—3500 м на январь приходится около 30%, на март — 25% общего числа лавин за зиму. Эти данные с приведенными выше сведениями по Терсколу (северный склон Центрального Кавказа) показывают, что на южном склоне Большого Кавказа внутризимние различия лавинной активности выше, чем на северном. На Малом Кавказе преобладающим фактором лавинообразования также являются снегопады, интенсивность которых особо велика на западе Аджарии (прирост высоты снежного покрова до 12 см/ч, 40 см/сут, 1—2 м за снегопад). Максимум снегопадов и лавин — приходится на — январь— февраль. — Продолжительность лавиноопасного периода в верхнем поясе гор достигает 150 дней, число дней с лавинами до 30, а в среднем около 10. В поясе неустойчивого снежного покрова (ниже 1000 м на западе и 600 м на востоке) Аджаро-Триалетского нагорья продолжительность лавиноопасного периода до 60 дней, число дней с лавинами до 10. На Джавахетско- Армянское нагорье и в Талышских горах те же характеристики лавинной активности приходятся па более высокие пояса в соответствии с распределением снежного покрова. В Талышских горах, кроме того, относительно велика доля лавин при метелях. Карта факторов лавинообразования (см. рис. 53) составлена по фактическим данным и показывает для наиболее высоких участков гор, по сути, вторые, а не первые по значению факторы. Иначе пришлось бы заполнить всю карту одним условным обозначением снегопадов. Повторяемость схода лавин в очагах средней активности меняется в больших пределах как в пространстве, так и во времени. Достоверные фактические данные об этом показателе для всей территории Кавказа не имеются. Поэтому было необходимо установить зависимость повторяемости лавин от тех факторов, особенности изменения которых на территории Кавказа надежно установлены. Многолетние данные о лавинах по отдельным хорошо изученным районам Кавказа позволили установить связь между снежностью и повторяемостью лавин в очагах средней активности. Оказалось, что зона с повторяемостью схода лавин менее 0,1 за зиму совпадает с районами, где среднее многолетнее значение максимальной декадной высоты снежного покрова составляет менее 50 см; территория с повторяемостью лавин от 0,1 до 1 за год совпадает с той, для которой характерна максимальная декадная высота снежного покрова от 50 до 100 см; территория с повторяемостью лавин более 1 за год приурочена к районам с максимальной декадной высотой снега более 100 см. Названные зависимости получены для нескольких районов Кавказа, расположенных в разных @физико-географических и климатических условиях, что позволило принять указанные величины высоты снежного покрова за критерии повторяемости лавин и для других районов, в том числе вне Кавказа (см. разд. 2.4). На основе данных метеорологических станций Кавказа была составлена схематическая карта с изолиниями средней из наибольших за зиму толщины снежного покрова 50 и 100 см. Эти изолинии и являются границами между районами повторяемости схода лавин указанных градаций.