Предисловие
Директор НИЦ МКВК, проф. В.А. Духовный
Попытки юридически создать основу для устойчивого управления водных
ресурсов в виде комплекса Соглашений по рекам Амударья и Сырдарья пока не
увенчались успехом. Первый вариант методических указаний и правил процедуры
управления водными ресурсами реки Сырдарья, хотя и утвержден для предварительного
пользования в рамках МКВК ее решением от 28 мая 2008 года, не снимает всех тех
противоречий, которые имеют место в регионе. И дело здесь не только в региональных
сложностях, сколько в том, что доктрина «абсолютного суверенитета» по водным
ресурсам все более и более набирает силу в противовес ранее бытовавшей и широко
пропагандирующейся «доктрине сотрудничества и координации».
Каноны межгосударственного водного права в виде Конвенции ЕЭК ООН 1992 г.
и Конвенции ООН 1997 г. носят очень ориентировочно рекомендательный характер,
которые страны - производители дешевой гидроэлектроэнергии зачастую игнорируют.
Например, принцип «справедливого и разумного использования воды» при отсутствии
четких критериев, которые ранее фигурировали в Хельсинских правилах, трактуется как
максимальное использование гидроэнергетического потенциала в 
своих интересах,
забывая о принципе «не навреди, а навредил - плати!». Поэтому юридические правила и
процедуры должны 
быть 
дополнены 
экономического 
методиками, 
правилами 
и
критериями.
Все более и более практика управления водными ресурсами на трансграничных
водотоках 
сталкивается 
с 
направлениями 
поиска 
экономических 
путей 
увязки
межотраслевых 
интересов, 
которые 
особенно 
обостряются 
в 
периоды 
водных
дефицитов, а также в вопросах перспективного развития водных и гидроэнергетических
объектов. Впервые в 2008 году в результате излишнего на 2 кубокилометра сброса воды
по сравнению с согласованным объемом сработки Токтогульского водохранилища
сложилось катастрофическое положение с летним режимом реки Сырдарьи. До
середины июля не был решен вопрос ни отъема летних попусков сверх собственных
нужд Киргизстана, ни цены за эти попуски, которая достигла 7 центов за киловатт-час,
что эквивалентно 5,5-6 центов за кубометр воды. Бесспорно, при нынешней средней
рыночной цене за киловатт-час электроэнергии в 2,5 цента и чистой прибыли от
кубометра воды, получаемого 
в 
орошаемом земледелии 4-7 центов, требования
киргизской стороны становятся совершенно неприемлемыми с экономической точки
зрения. Таким образом, как ранее представлялось в наших работах, стремление стран
верхнего водосбора смешать воедино водные и энергетические ресурсы, привели к
определенному 
тупиковому 
варианту. 
Такие 
действия 
киргизских 
энергетиков
оказывают плохую службу и предполагаемым инвестициям в развитие гидроэнергетики
и Таджикистана и Киргизстана, ибо они подрывают доверие стран среднего и нижнего
течения к заверениям стран верхнего водосбора о том, что будущие гидроузлы будут
работать в режиме, удовлетворяющим всем сопредельным странам. Как было показано в
нашей с А.Г. Сорокиным работе «Оценка влияния Рогунского водохранилища на водный
режим реки Амударьи» (Ташкент, 2007 г.),, следуя известной народной пословице
4