противоречит международным нормам о единстве и общности водных ресурсов
региона Центральной Азии, а наоборот, содействует межгосударственному
водному сотрудничеству. В этом случае трансграничный водоток в целом похож
на общую долевую собственность.
Заслуживает внимание 
позиция Х.О. Арифова, М.А. Аминджанова 
и
Г.А. Кольцова, 
которые 
пишут: 
«В 
Алма-Атинском — соглашении — “О
сотрудничестве в сфере совместного управления использованием и охраной
водных ресурсов межгосударственных источников” от 18 февраля 1992 года, в
статье 1 записано об одинаковых правах на использование и ответственности за
обеспечение рационального использования межгосударственных источников,
что 
противоречит 
принципу 
территориального 
суверенитета 
над 
своими
природными 
ресурсами 
и 
конституционному 
праву 
принадлежности 
воды
государству, на территории которого вода находится»!%°. С таким доводом нельзя
согласиться. Во-первых, установление 
одинаковых прав 
на использование
водных ресурсов исходит из общепризнанного принципа международного права
— Ппринципа суверенного равенства государств, и в договорной практике
получило широкое распространение. В этом случае нельзя не принимать во
внимание 
тот 
факт, 
что 
установление 
одинаковых, 
равных 
прав 
на
использование 
водных 
ресурсов 
не 
означает 
распределения 
воды 
между
прибрежными 
государствами 
поровну. 
Во-вторых, 
оно 
не 
противоречит
конститудионным — нормам 
о 
провозглашении — воды — исключительной
государственной собственностью, поскольку суверенитет каждого прибрежного
государства ограничивается его территорией. Признание вод исключительной
государственной 
— собственностью 
лишь 
говорит 
о 
невозможности — их
приватизации, поэтому государства как собственники участка трансграничной
реки сотрудничают в совместном управлении трансграничной рекой в целом.
106 Арифов Х.О., Аминджанов М.А., Кольцов Г.А. К вопросу о завершении строительства Рогунского гидроузла
// НЕРУ. — Душанбе, 2009. — No 
1 (16-17). — С. 36.
69