необходимости постоянно нарушать чужое право, ибо в большинстве случаев
удержать и отвести текущую воду он не в силах» [4, с. 6]. А в решениях Кассационного
департамента Сената 1875 и 1884 гг. сказано, что «по свойству текучих вод к ним не
применимо понятие материального обладания» и что «вода... не входит в сферу
имущественных их (береговых землевладельцев - А.Б.) прав, а, как общее благо,
предоставлена в пользование всем и каждому» [4, с. 5; курсив мой - А.Б.].
И российское законодательство эволюционировало к классической правовой норме -
признанию всех поверхностных вод страны объектом общего права. С 13.06.1890 для
причисления реки к «водам общего пользования» стало достаточно лишь констатации
ее технической пригодности для сплава. Комментируя это узаконение, выдающийся
инженер, общественный деятель и видный чиновник МПС В.М.Лохтин писал в 1907 г.:
«А так как по всякой реке, даже самой незначительной, можно во время высоких вод
сплавлять лодки, бревна или плоты, то границ вод общего пользования... по нашему
закону нет» [8, с. 5]. Необходимо еще раз отметить, что общее право на
поверхностные воды актуализировалось в России прежде всего в праве свободного их
использования как путей сообщения, в связи с чем характерен следующий пассаж
В.М.Лохтина: «Представляя собою общее народное достояние, река есть путь
свободный. Всякий пользуется ее гостеприимством, как хочет: всякий плывет по
ней без всякого спроса и разрешения, на маленьком ли плотике, в лодке, на барже...»
и т.д. [8; курсив мой - А.Б.].
Принципиально важным для понимания смысла происшедшей после 1917 г. правовой
трансформации является то, что Законы Российской Империи не признавали «водные
течения общего пользования» собственностью государства, таковой могли быть лишь
не причисленные к «водам общего пользования» водотоки казенных (находящихся в
государственной собственности) земель. А сама мысль о возможности частного
присвоения общего достояния или же его коммерческого использования традиционно
находилась вне правового сознания. Соответственно,гидроэлектростанция -
коммерческое предприятие, имеющее целью получение дохода от присвоения
свойства речной воды течь сверху вниз, - на «водах общего пользования» была
невозможна ни при каких формах собственности на нее.
Именно это было причиной отказов по ходатайствам конца ХХ - начала ХХ вв. о
промышленной (коммерческой) утилизации «водяной силы» вод общего пользования:
она «не входит в сферу права берегового владельца, а правительство, не будучи
собственником судоходных рек, не имеет права на нее тоже, не может приобрести ее
путем экспроприации, а следовательно, и предоставить третьим лицам» [4, с. 8-10;
курсив мой - А.Б.]. В приведенном тексте мотивируется отказ в разрешении
деятельности петербургского «Общества электропередачи силы водопадов» (1889 г.),
и следует указать типичный факт неадекватного восприятия в советский период
причины полученного Обществом отказа: «но частная собственность на землю и воду,
стоявшая на пути развития гидроэнергетики в России, помешала Обществу
осуществить свои намерения». В действительности же, как видно, помешало общее
право на «воды общего пользования» [9].
Итак, расширение общего права на поверхностные воды в России к началу ХХ в/ вело
к сокращению права использования их водной энергии.
Но после 1908 г. правительство России приступило к планомерному соединению
внутренних водных путей в связную сеть с кардинальным улучшением судоходных
условий магистральных рек посредством их шлюзования [10]. Это расширяло общее
право пользования водами (из-за появления новых водных путей, улучшения
судоходных условий, повышения водности рек в межень благодаря регулированию
стока), и Бюджетная комиссия Государственной Думы утверждала, что при подпоре
воды в реках для улучшения их судоходных условий (шлюзовании рек) «продажа