Арабские географы совершенно не упоминают о чигирной системе в Хорезме. Это отчасти можно объяснить тем обстоятельством, что с системой чигирного орошения они уже были знакомы в Иране и в странах Переднего Востока. По этой причине они могли и не упомянуть о наличии чигирной системы в Хорезме. Наличие чигирного орошения в Х в. в Мервском оазисе, упоминаемое у Хорезми, позволяет предполагать, что» этот прием ирригационной техники, вероятно, был распространен во всем Хорезмском оазисе. Следы чигирного орошения в мертвых оазисах феодального периода (район Кават- Кала) еще не найдены; при этом сухие русла каналов этого времени значительно углублены и, несмотря на их большую протяженность, гораздо уже, чем античные каналы. Одно это уменьшение ширины и увеличение глубины уже является указанием на орошение с расче- том на подъем воды. Б. М. Георгиевский, как уже отмечалось, высказал любопытное мнение о зависимости возникновения чигирного орошения в Хорезме от нарастания культурно-ирригационных наносов. Поверхность древних оазисов, по его подсчетам, за исторический период поднялась более чем на два метра. Это обстоятельство, безусловно, вызывало необходимость в постоянной очистке дна как магистральных каналов, так и распредели- тельной сети, а низкий уровень воды в каналах вынудил земледельцев прибегнуть к способам искусственного подъема воды при помощи сепмы, новы и чигира. Самое раннее упоминание чигира в Хорезме — относится к середине Х\\/ века. Однако этим еще не доказывается позднее введение чигирного орошения: о нем не пишут и в хивинских хрониках ХИХ в., хотя в это время страна изобиловала чигирами. По ряду соображений можно предположить, что возникновение чигирного орошения в Хорезме относится к периоду становления феодализма, т. е. \/— \/| вв. н.э. Большое сходство в общем устройстве и в деталях между чигиром и египетской сакия вызывает предположение о возможности заимствования населением Хорезма идеи чигира в Египте, этой стране более ранней классической ирригации; здесь, однако, надо подчеркнуть, что в терминологии как различных видов чигира, так и его деталей, нет ничего общего. 3. Плотины и их устройство В борьбе за регулирование вод буйной Аму-Дарьи населению Хорезма особенно часто приходилось иметь дело с паводковыми прорывами реки. Для предупреждения и устранения таких катастроф обычно прибегали к сооружению плотин. Необходимость перекрывать каналы в зимний сезон обусловливала сооружение перемычек. Все эти работы требовали большой затраты труда и огромных количеств инертного материала, который мог бы противостоять размыву. В Хорезме камень для подобных работ используется редко, а широко применяются фашины, которые в Хорезме называются «навардами». Навард сооружается из хвороста и земли с дерном (чим — более дешевый и доступный материал) и в виде цилиндра длиной 6—86м, диаметром 1-1,5м, подкатывается к берегу канала и спускается в воду; за ним следует другой, третий и т. д. Спуск навардов производится одновременно с двух противоположных берегов канала, пока перемычка не замкнется. Иногда эту технику применяли для заграждения довольно значительных протоков реки и больших прорывов — и тогда наварды — достигали — грандиозных — размеров, соответствовавших величине протока или прорыва. Мунис-мираб и Баяни рассказывают о том, как хивинский хан Мухаммед Рахим отводил три протока Аму-Дарьи от района г. Кунграда, чтобы наказать непокорных аральдев. Закрыты были Чуманай, Чангли-Басу и Терс-Акар. В протоки спустили наварды. Длина наварда была до 60 гязов (ббм), окружность около 20—30 гязов (32м). Все три протока были преграждены в течение восьми дней. Ширина прегражденного Чуманая была более 200м, а глубина около 10 м. Ширина Чангли-Басу — около 180 м, а глубина — около 11 м. Ширина Терс-Акара — ЗЗм, глубина — около 6 м. Кроме плотин применялись еще и другие инженерные сооружения.. 21