крупнозернистый речной песок серо-стального цвета. Местами ширина уйев достигает 2— Зкм. В период образования такырных полос эти «уйи» представляли собой песчаные островки, в промежутки между которыми проникали разливы, образовывались озера, такыры и такыровидные корки; на них-то впоследствии и зародилась культура. При изменении режима ветров песчаные бугры стали выдуваться с подветренной, т. е. северной стороны, и теперь их вогнутая сторона обращена на север, тогда как ранее туда была обращена вершина бугра (бархана). Таким образом, современный рельеф является негативным отображением древнего барханного рельефа. Часто между слоями разрушающихся такыров, около полосы уйев попадаются памятники бронзового века. Это обстоятельство опять-таки говорит в пользу того, что первобытные земледельцы, ради использования паводковой воды, расселялись на окраинах разливов. Бурнодействующий Суярган и его разливы, занимавшие полосы между буграми, помогали первобытным земледельцам в примитивном затоплении посевных участков. Ландшафт этого низменного оазиса, где тугаи и камышевые болота чередовались с вклинившимися в них песчаными островами, напоминает ландшафт низовьев Двуречья и долины Нила, ставших в ту пору крупными мировыми центрами орошаемого земледелия. В долине Нила в глубокой древности для примитивного земледелия использовались разливы реки и её протоков. Регулирование этих разливов происходило в меру технических возможностей земледельцев, поскольку тогда человек не умел еще бороться с заболачиванием больших территорий. Только в эпоху Среднего царства стали прибегать к устройству плотин и созданию искусственных каналов для затопления полей. Для этого поля ограждали валами и затопляли их поочередно. Между этими своего рода лиманами устраивали шлюзы, постепенно пропускавшие воду из одного лимана в другой. Этот примитивный способ орошения впоследствии оказался невыгодным, во-первых, из-за того, что владельцы — верхних лиманных участков не соблюдали правил очередности, что вызывало постоянные возмущения среди земледельцев на низовых участках. Во-вторых, плодородный ил осаждался в лиманах верхних участков, а низовые постоянно лишались этого необходимого естественного удобрения, что вызвало в дальнейшем переход к так называемой улучшенной бассейновой системе: от реки выводилась целая система каналов, от которых каждый земельный участок мог самостоятельно получить орошение. Это напоминает систему лиманов с большими обвалованиями в низовьях Яна-Дарьи на тер- ритории Даукары и в низовьях ряда рек Арало-каспийского бассейна. Система обвалования лиманных участков ничем не отличается от использования под посевы естественных впадин; последнее, на наш взгляд, кажется лишь более древним способом. Во всем Хорезме большие лиманы, где производятся грандиозные посевы, называются «куль», т. е. терминологически не делается различия между лиманом и озером. И сейчас в Хорезме при развитом состоянии земледелия малые единицы посевных участков называются «кульча» (т. е. озерца, лиманчики). Перед посевом эти малые посевные участки обваловывают и затопляют водой. Валики вокруг лиманов носят название «чель». Микрорельеф Джанбаскалинского района, по-видимому, позволял первобытным земледельцам свободно пользоваться последним способом. Все данные археологических раскопок стоянки No6 показали, что первобытные хорезмийцы, перешедшие к примитивному земледелию и скотоводству, в течение летнего сезона жили большими семейными группами в шалашах. Это обстоятельство свидетельствует о подвижном характере хозяйства и поселения. Непостоянный характер разливов, всецело зависящий от общего режима Аму-Дарьи, ничем не гарантировал труд земледельца. Этим объясняется невозможность ведения здесь другого вида хозяйства, кроме передвижного. Поэтому в Хорезме не встречаются памятники первобытных земледельческих поселений постоянного типа.