будущему судоходству. Уверяют, что это мелководье происходит не от [46] одного
уменьшения склона в их речном русле, но что бесчисленные каналы, искусно
проведенные на всем протяжении Сыр и Аму-Дарьи, для орошения засохших полей,
поглощают огромную массу воды и тем самым убавляют силу ее стремления,
простирающегося вероятно на слишком 2000 верст.
Впрочем, одно лишь точнейшее изучение этой двойной системы рек, равно как и
Аральского моря, может прояснять действительное значение их.
Поныне — строгое ипсометрическое отношение уровня Арала и Каспия, от которого
столь сильно зависит решение вопроса о возможности существования старинного русла
Аму-Дарьи, — идрография Сыр-Дарьи вплоть до ее истока, равно как и вершины
Кашхар-Дарьи и одного рукава Инда (реки Куннер), — геологическое и
идрографическое значение Болорского хребта и Памира, которые суть, так сказать,
сердце гор и начало рек средне-азиатских и предполагаемое существование, в этом
ядре, озер Кара-куль и Рианг-куль, равно как и многие другие ученые йе51фега!а
составляют еще огромный пробел в области науки, на котором, несмотря на
фантастически испещренные карты (Обманчивая пестрота среднеазиатских карт
происходит, между прочим, от того, что многие картографы, не занимаясь специально
восточною географией, теряются в хаосе разнородных, сбивчивых показаний и
собственных имен. Опасаясь оставлять пробелы на картах своих они их часто
наполняют разными идеальными контурами гор, рек и тому подобное. В последствии,
по недостатку строгого критического обзора, эти произвольные начертания, некоторым
образом, увековечиваются, переходя из одной карты в другую, с разными
подробностями. Посему, покамест карты мало исследованных земель азиатских не
будут сопровождаемы аналитическими описаниями, показывающими их образ
составления, математические и другие данные, служившие им основой, до той поры
сии карты будут всегда более или менее казаться сомнительными тем, которые
понимают всю трудность отчетистого графического изображения средне-азиатских
стран, ознаменованных, с истари, столь частыми перехождениями разных народов),
врезывается невольно одно лишь название:
Тетта тсоепйа. [47]
Сколько же любопытства возбуждает подобное значение этой части Азии, можно
заключить из нижеследующих слов сильнейшего возбудителя географических и
физических вопросов и патриарха путешественников нашего времени — гениального
Гумбольдта:
"Во всей моей жизни я ни о чем столь не жалел, как о том, что не удалось мне самому
проникнуть в эти знаменитые страны, которых отношения с Кордильерами Нового
Света я хотел изучить собственными глазами.
Во время царствования Императора Александра 1, при Министерстве графа Румянцева,
я был приглашен сопутствовать миссии, долженствовавшей отправиться в Тибет, чрез
Кашхар и Яркен (По последним Бомбейским известиям, от прошлого ноября месяца,
отправилась английская ученая экспедиция к Китайскому Тибету, под руководством
капитана Кунингама (Сопттейат), в начале прошлой осени. — Эта миссия должна
идти к вершинам реки Сютледж(бийедве), для определения границ между Пенджабом
и Тибетом, но так как тут вероятно встретится некоторая медленность со стороны
китайских чиновников, то различные члены этой экспедиции будут, в течение 2 лет,
заниматься географическим исследованием сей части Средней Азии, по побуждениям,
17